Меню сайта


Категории раздела
Революция и Гражданская война [64]
Красный террор [136]
Террор против крестьян, Голод [169]
Новый Геноцид [52]
Геноцид русских в бывшем СССР [106]
Чечня [69]
Правление Путина [482]
Разное [57]
Террор против Церкви [153]
Культурный геноцид [34]
ГУЛАГ [164]
Русская Защита [93]


Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 3975


Форма входа


Поиск


Библиотека
 
 
Медиатека
 

Вернисаж

Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz


  • ПОМОЩЬ НОВОРОССИИ ПОМОЩЬ НОВОРОССИИ «Академия русской символики «МАРС» Слобода Голос Эпохи Журнал Голос Эпохи Апсны-Абхазия. Страна души Сайт писателя Андрея Можаева Россия Освободится Нашими Силами Котята Мейн-кун Общественно-исторический клуб
    Приветствую Вас, Вольноопределяющийся · RSS 24.06.2017, 18:41
    Главная » Статьи » Русский Геноцид » Террор против крестьян, Голод

    Паспортная система в СССР (1932—1976 гг.): паспорт как клеймо
    С 1933 г. тайно (в особых учетных формах милиции), а с 8 августа 1936 г. тайно и явно (в учетных формах милиции и в паспорте) делалась отметка о судимости. Найти хорошую работу в СССР человеку, которого советская власть отнесла к «социально-чуждому элементу» или сама насильственно превратила в «уголовный элемент», было трудно. Для миллионов людей путь домой, к семьям был закрыт. Всю оставшуюся жизнь они были вынуждены скитаться по родной стране, каждый день их могли уволить с работы без какого- либо объяснения причины.

    О том, что истинное существо паспортной системы в СССР и ее потаенный смысл не всегда понимали представители высшего государственно-партийного аппарата, свидетельствуют многие факты. Приведем некоторые. Как отмечалось, паспортная система прямо способствовала прикреплению крестьян к колхозным работам. Для колхозников был установлен обязательный минимум трудодней, которые они должны были выработать.

    В апреле 1942 г. этот минимум был повышен для всех колхозников и распространен на членов их семей— подростков в возрасте от 12 до 16 лет. За не выработку «без уважительных причин» обязательного минимума все виновные подлежали уголовной ответственности: исправительно-трудовым работам в колхозах с удержанием от оплаты трудодней до 25% в пользу колхоза. Постановление Совмина СССР от 31 мая 1947 г. названный закон оставляло в силе. Ухудшение деревенской жизни после войны привело к усилению бегства из деревни, 8

    которое не могли остановить паспортные ограничения. В этой связи правительственные чиновники предлагали усилить репрессии в отношении беглецов. «Одни суды считают, — доносил министр юстиции СССР К.П. Горшенин 25 декабря 1950 г. секретарю ЦК ВКП(б) Г.М. Маленкову,— что по действующему законодательству самовольный уход колхозников в отход не наказуем в уголовном порядке и выносят в таких случаях оправдательные приговоры.

    Другие выносят в этих случаях обвинительные приговоры. Министерство юстиции СССР считает, что колхозники, не выработавшие обязательного минимума трудодней в связи с самовольным, без разрешения колхоза, уходом в отход, должны нести ответственность по указу от 15 апреля 1942 г. за тот период, в течение которого они ушли из колхоза, с Отбыванием наказания по месту работы»36.

    Такие же точно суровые меры министр предлагал и в отношении детей колхозников, достигших 16-летнего возраста, даже «в случаях, когда их членство в колхозе не оформлено». Советские порядки в отношении закрепощения крестьян своей жестокостью превосходили законодательство «крепостнической России» XVIII—первой половины XIX вв. Для упорядочения судебной практики и избавления своего ведомства от ненужной, с его точки зрения, волокиты и проволочек в таком важном деле, министр вносил следующее предложение: «Министерство юстиции считает, что следовало бы установить определенный порядок оформления членства членов семей колхозников, достигших 16-летнего возраста, с тем, однако, чтобы это не было связано с проведением какой-либо сложной процедуры». Предложение принято не было. Сохранялась все та же система — внешне противоречивая, но цельная по содержанию, которая поддерживала в стране иллюзию возможной свободы и никоим образом не давала ее.

    Об этом свидетельствует и другой факт. 3 марта 1949 г. на Бюро Совмина СССР рассматривались вопрос о введении паспорта нового образца и проект нового положения о паспортной системе в СССР. Разработка велась МВД СССР по личному указанию и инициативе заместителя председателя Совмина СССР, члена Политбюро ЦК ВКП(б) Л.П. Берия37. Предложение мотивировалось тем, что «во время войны значительная часть бланков действующих паспортов и инструкций по применению положения о паспортах попала в руки врага и уголовно-преступного элемента, чем была в значительной мере расшифрована техника паспортной работы в СССР».

    Утверждалось, что действующий паспорт был «недостаточно защищен от подделки» и это «облегчает преступному элементу возможность укрываться от преследования». Важнейшим отличием предлагаемого проекта было то, что положение о паспортной системе в СССР предусматривало «выдачу паспортов не только городскому, но и сельскому населению». Не следует рассматривать эту попытку как действительную либерализацию советского режима. Скорее наоборот.

    Паспортизация всего населения страны в возрасте 16 лет и старше в тех условиях означала абсолютно полный контроль за жизнью каждого: ведь владение паспортом создавало только видимость прав человека — гражданина СССР, т.к. главным в определении его судьбы по прежнему оставались бы «компрометирующие данные», которые хранились в кустовых и Центральном адресных бюро. Переход к полной паспортизации населения страны сулил немалые выгоды Министерству внутренних дел и лично его куратору Л.Ц. Берия, поскольку выросло бы значение министерства, что давало дополнительные шансы в борьбе за власть.

    С точки зрения государственной — полный контроль за жизнью каждого члена общества — имелись все резоны принять предложение. Но оно было отклонено со следующей формулировкой, не объясняющей причин отказа: «Предложено МВД доработать на основе мнений на Бюро». Больше к вопросу о наделении паспортами всего сельского населения (включая колхозников) не возвращались до 1974 г., хотя после смерти И.В. Сталина было принято новое положение о паспортах в октябре 1953 г.

    Отклонение бериевского проекта вызывает недоумение, т.к. он долго готовился и был согласован во всех соответствующих министерствах. Еще в январе 1948 г. по распоряжению министра внутренних дел СССР С.Н. Круглова была создана авторитетная комиссия по рассмотрению проекта положения о паспортной системе в СССР. В нее вошли: начальники главных управлений милиции и погранвойск, управления войск по охране особо важных объектов промышленности и железных дорог, ГУЛАГа, тюремного управления, спецотделов, которые ведали особым учетом населения, отдела по борьбе с детской беспризорностью и безнадзорностью, отдела спецпоселений.

    Проект был согласован с министром юстиции и генеральным прокурором СССР. И всетаки он не прошел. И это вопреки прямой поддержке Л.П, Берия, считавшегося в те годы всесильным.
    Итак, два высокопоставленных государственных чиновника пытались унифицировать закон: один — порядок оформления членства в колхозе совершеннолетних детей колхозников и судебную практику, определяющую ответственность за невыработку минимума трудодней, а другой— паспортный режим в стране.

    В данном случае высокие профессиональные качества служили только помехой: не могло быть никакого единообразия там, где применение закона по замыслу его истинных создателей не подлежало единому судебному толкованию. Ведь именно эта двусмысленная и неопределенная ситуация создавала для людей ловушку. Что же говорить об исполнителях рангом ниже, местных работниках?

    Одни суды судили колхозников жестче, потому что исполнители были вполне советскими, прошедшими суровую школу отбора и были взяты из той же народной массы — такие особенно рьяны, злы и опасны. Другие, у кого оставалась капля совести и сострадания, пытались быть помягче. За такими строго следили и примерно наказывали, чтобы другим было неповадно. Срабатывал воспитательный момент — всем исполнителям настойчиво и ежедневно внедрялась в сознание мысль — лучше перегнуть палку, чем недогнуть ее.

    Единственное, чего удалось добиться JI.П. Берия во время пика карьеры, когда в марте 1953 г. он был назначен первым заместителем председателя Совмина СССР и вернул себе пост министра внутренних дел, — успеть протолкнуть до своего ареста и расстрела в правительство проект постановления «О сокращении режимных местностей и паспортных ограничений» Докладная на имя нового председателя Совмина СССР Г.М. Маленкова за подписью Л.П. Берия была отправлена 13 мая 1953 г. Соответствующие копии докладной были посланы всем членам Президиума ЦК КПСС — В.М. Молотову, К.Е. Ворошилову, Н.С. Хрущеву, Н.А. Булганину, JI.M. Кагановичу, А.И. Микояну, М.З. Сабурову, М.Г. Первухину38. 21 мая 1953 г. представленный проект быт утвержден в качестве постановления Совмина СССР № 1305515 сс.

    Основные изменения сводились к исключению из числа режимных около 150 городов и местностей, всех железнодорожных узлов и станций (режимные ограничения сохранялись в Москве и 24 районах Московской области, в Ленинграде и пяти районах Ленинградской области, во Владивостоке, Севастополе и Кронштадте); уменьшению размеров запретной пограничной полосы (за исключением полосы на границе с Турцией, Ираном, Афганистаном, Карельском перешейке); сокращению перечня преступлений, судимость за которые влекла запрещение проживать в режимных местностях (сохранялись все «контрреволюционные преступления», бандитизм, хулиганство, умышленное убийство, повторные кражи и разбой). Но задуманное Л.П.Берия реформирование паспортной системы, как отмечалось, имело более глубокий смысл. Это подтверждают многочисленные справочные материалы (в том числе о паспортной системе Российской империи), подготовленные аппаратом МВД в апреле 1953 г.

    Изданный в развитие правительственного постановления приказ Министерства внутренних дел № 00375 сс от 16 июня 1953 г. за подписью Л.П.Берия, которым упразднялись паспортные ограничения, дышит прямо отеческой заботой о нуждах бывших заключенных и их семей: «При существующем положении граждане, отбывшие наказание в местах заключения или ссылки и искупившие тем самым свою вину перед обществом, продолжают испытывать лишения (...)

    Наличие в стране широких паспортных ограничений создает трудности в устройстве не только для граждан, отбывших наказание, но и для членов их семей, которые также в связи с этим оказываются в затруднительном положении»39. Далее отмечалось, что «режим и паспортные ограничения, введенные в этих районах (режимной зоне, которая простирается на сотни километров вглубь страны.—В.П.), тормозят их экономическое развитие». Именно эти основания были изложены в приказе для объяснения смягчения паспортного режима в стране.
    После устранения Л.П. Берия из руководства страны постановлением Совмина СССР № 26661124 с от 21 октября 1953 г. вводится новое положение о паспортах, которое без особых принципиальных изменений действовало до 1974 г.

    Оно вводило одно изменение большой важности. Из первого пункта, определяющего, граждане каких территорий страны обязаны иметь паспорта, «исчезли», т.е. не были упомянуты, в отличие от положения 1940 г., граждане СССР, проживающие в населенных пунктах, где были расположены МТС, и работающие в совхозах40. Это никак не задевало тех совхозных рабочих и служащих, жителей поселков машинно-тракторных станций, которые уже имели паспорта, но серьезно ограничивало возможности подрастающего поколения.

    К чему приводило на практике это «изъятие», если обратиться к последующим событиям в деревне? Со второй половины 50х и в 60е годы происходит рост совхозной системы: совхозы в массовом порядке образовывались на базе так называемых экономически слабых колхозов или создавались вновь в районах освоения целинных и залежных земель. Бывшие колхозники, ставшие в результате реорганизации совхозными рабочими, ничего не выигрывали в плане получения паспортов.

    В 1958 г. в стране проводится реорганизация МТС, работники которых, по мысли авторов «реформы», должны были перейти работать в колхозы, купившие технику машиннотракторных станций. Но в этом случае дети бывших работников МТС с достижением 16-летнего возраста также не могли получить паспорта. Поэтому реорганизация МТС привела к новому витку бегства людей из деревни. Получается, что названное паспортное нововведение не столько ограничивало свободу передвижения по стране, сколько способствовало усилению стихийной миграции.

    Однако правительство отвергло ходатайство МВД СССР о наделении сельских жителей паспортами, поданное министром С.Н. Кругловым в октябре 1953 г. А.И. Микояну и Н.А. Булганину41. Предложение исходило от начальника паспортно-регистрационного отдела Главного управления милиции МВД СССР Подузова, который принимал активное участие в подготовке проекта паспортного положения при Л.П. Берия. В секретной докладной записке от 24 сентября 1953 г.

    Подузов писал министру: «В разработанном проекте положения о паспортах (утверждено Совмином СССР 21 октября 1953 г. — В.П.) предусмотрено, что жители сельских местностей страны паспортов иметь не обязаны... В связи с вытекающими из решений сентябрьского Пленума ЦК КПСС задачами МТС и совхозов, в частности заменой сезонных кадров постоянными — не следует ли внести в проект положения дополнение о том, что постоянные местные жители сельских местностей, работающие в МТС и совхозах на штатных должностях, обязаны иметь паспорта. Тем самым постоянные кадры рабочих МТС и сохозов в отношении документирования личности будут приравнены к рабочим городских предприятий.

    Кроме того, это ликвидирует существующее положение, при котором постоянные кадровые работники, прибывшие в МТС и совхозы из городов, имеют паспорта, а местные постоянные работники паспортов не имеют»42. Трудно сказать точно, какими истинными мотивами руководствовался Подузов, скорее всего он стремился использовать шанс для служебной карьеры, угадывая по решениям сентябрьского (1953 г.) пленума ЦК КПСС, что подули ветры «оттепели».

    Пометы на документе свидетельствуют, что записка Подузова была первый раз послана А.И. Микояну еще 25 сентября 1953 г. Мы не располагаем документами, по которым можно было бы установить, кто конкретно из членов правительства, отвечающих за подготовку нового положения о паспортах, наложил вето на предложение МВД, и каковы были причины запрета. Но жизненная ситуация свидетельствовала, что своего главного врага — русского крестьянина — советская власть продолжала держать на паспортном «крючке».

    И, по положению о паспортах от 21 октября 1953 г., в сельских местностях (за исключением режимных) продолжали проживать без паспортов. Если они привлекались временно сроком не более чем на один месяц на сельхозработы, лесозаготовки, торфоразработки в пределах своей области, края, республики (не имеющей областного деления), им выдавалась справка сельсовета, удостоверяющая их личность и цель выезда.

    Такой же порядок сохранялся для деревенских жителей непаспортизированных местностей, если они выезжали в санатории, дома отдыха, на совещания, съезды, в командировки. Если выезжали за пределы своего района в другие местности страны на срок свыше 30 дней, они были обязаны получить паспорта «в органах милиции по месту жительства»43. Таким образом, процедура получения паспорта для сельского населения непаспортизированных районов не изменилась по сравнению с 30ми годами.

    После смерти И.В. Сталина крестьянину как будто жить стало легче: в 1953 г. изменен порядок обложения крестьянских хозяйств сельхозналогом, с 1958 г. отменены обязательные поставки всех сельхозпродуктов с хозяйств колхозников, мартовская (1953 г.) амнистия прекращала исполнение всех без исключения приговоров; по которым колхозники осуждались к исправительнотрудовым работам за невыработку обязательного минимума трудодней44. Для тех, кто постоянно работал в колхозе, амнистия являлась значительным облегчением жизни. Колхозники, ушедшие в «отход» без разрешения правлений колхозов, в связи с амнистией почувствовали себя свободными. Это был самообман, т.к. в правовом положении колхозника не произошло никаких существенных перемен: продолжал действовать примерный устав сельхозартели, в годовом отчете колхоза «отходники» продолжали учитываться государством как рабочая сила, числящаяся за колхозами. Следовательно,

    По закону в любой момент всех, кто самовольно ушел в «отход», правительство могло принудительно вернуть в колхозы. Меч был занесен над головами, но не рубил, его как бы «забыли» опустить. Отменяя судебное решение о преследовании колхозников за нарушение ими постановления об обязательном минимуме трудодней, советский режим стремился создать в обществе надежды на возможные перемены к лучшему и психологически подготовить людей к хрущевской «оттепели»: крестьянство вновь «подталкивалось» в города.

    Наряду с указанными послаблениями продолжали сохраняться ограничения в паспортных правах для сельских жителей, их «второсортность» хотя и стала менее заметной, но сохранялась властями сознательно, продолжала уязвлять народную душу. Так, в секретном циркуляре № 42 с от 27 февраля 1958 г. министра внутренних дел СССР Дудорова, адресованном министрам союзных республик предписывалось: «Не допускать направления граждан из сельской непаспортированной местности за пределы области, края, республики (не имеющей областного деления) на сезонные работы по справкам сельских Советов или колхозов, обеспечивая выдачу этой категории граждан краткосрочных паспортов на срок действия заключенных ими договоров (выделено мною. — В.П.)»45. Таким образом, юридически паспортные ограничения для колхозников 50х годов не отличались от таковых в 30е годы. Возможно, приведенный циркуляр в сочетании с практикой выдачи краткосрочных паспортов послужили основой для создания устойчивого мифа о том, что «раскрепощение» колхозников началось еще при Н.С. Хрущеве.

    Так велика сила общественного мнения, замешанная на предрассудках о незнании важнейших фактов отечественной истории. Имеется и психологический подтекст — для тех, кому удалось убежать из деревни в город в годы «оттепели» и получить паспорт,7этот вопрос потерял всякую остроту и перестал замечаться как один из основных в сельской жизни. В действительности только 28 августа 1974 г. постановлением ЦК КПСС и Совмина СССР «О мерах по дальнейшему совершенствованию паспортной системы в СССР» принимается решение о введении с 1976 г. паспорта гражданина СССР нового образца46.

    Новое положение о паспортной системе 1976 г. устанавливало, что «паспорт гражданина СССР обязаны иметь все советские граждане, достигшие 16летнего возраста». Выдача и обмен новых паспортов должны были проводиться с 1976 по 1981 гг. Почему крестьяне были уравнены в правах с остальными гражданами страны спустя более сорока лет после введения паспортной системы в СССР? Потому что именно такой срок понадобился для переделки русского народа в советский.

    Этот исторический факт и оыл зафиксирован в преамбуле Конституции СССР (принята 7 октября 1977 г.): «В СССР построено развитое социалистическое общество... Это — общество зрелых социалистических общественных отношений, в котором на основе сближения всех классов и социальных слоев, юридического и фактического равенства всех наций и народностей, их братского сотрудничества сложилась новая историческая общность — с о в е т с к и й н а р о д»47. В то время как села России уничтожались, города росли и развивались, пока своими размерами и смешением языков не стали напоминать древний Вавилон. Основная масса людей переместилась в города и стала пленниками этих каменных мешков с присущей им «цивилизацией». Национальная русская культура, питающаяся соками деревенской жизни, сохранилась преимущественно в литературе. Появились невиданные ранее ни при каких гулагах возможности управлять жизнью, сознанием и душами людей.

    Василий Попов, кандидат исторических наук

    ПРИМЕЧАНИЯ

    36 ГАРФ. Ф.5446. Оп. 60. Д. 6990. Л. 21—27.
    37 ГАРФ. Ф. 5446. Оп. 53. Д. 5020. Л. 1—28.
    38 ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 1. Д. 4155. Л. 170—181.
    39 ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 12. Д. 233. Т. 3. Б.н.
    40Там же. Д. 233. Т. 3. Б.н.
    41 ГАРФ. Ф. 9415. Оп. 3. Д. 1440. Л. 227—236.
    Там же. Д. 1440. Л. 227—227 об. Как и в предшествующие годы, для большинства сельских жителей получение паспорта в период хрущевской «оттепели» попрежнему зависело от произвола местных органов. Так. приказ министра внутренних дел СССР С.Н. Круглова №0240 от 24 апреля 1954 г., объявлял инструкцию о порядке применения положения о паспортах 1953 г., в которой имелся следующий пункт: «В виде исключения разрешается выдавать паспорта по месту жительства также лицам, хотя и являющимся постоянными жителями сельской местности, но работающим в учреждениях, на предприятиях, в МТС и совхозах (выделено мною. — В.П.)». См.: ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 12. Д. 233. Т. 3. Б.н.
    43 ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 12. Д. 233. Т. 3. Б.н.
    44 ГАРФ. Ф. 9492. Оп. 1. Д. 284. Л. 5.
    45 ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 12. Д. 233. Т. 2. Б.н.
    46 СП СССР. 1974. № 19 Ст. 109.
    47 Кукушкин ЮС, Чистяков ОМ. Очерк истории Советской Конституции. 2е изд. М., 1987. С. 316. В 70е годы вышло множество книг, брошюр, статей советских историков, философов, социологов, которые на большом фактическом материале доказывали реальное существование «советского народа».
    http://cripo.com.ua/print.php?sect_id=9&aid=78328

    Категория: Террор против крестьян, Голод | Добавил: rys-arhipelag (16.02.2010)
    Просмотров: 17043 | Рейтинг: 3.0/7
    Сайт создан в системе uCoz