Меню сайта


Категории раздела
Антология Русской Мысли [533]
Собор [345]
Документы [12]
Русская Мысль. Современность [783]
Страницы истории [364]


Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 3975


Форма входа


Поиск


Библиотека
 
 
Медиатека
 

Вернисаж

Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz


  • ПОМОЩЬ НОВОРОССИИ ПОМОЩЬ НОВОРОССИИ «Академия русской символики «МАРС» Слобода Голос Эпохи Журнал Голос Эпохи Апсны-Абхазия. Страна души Сайт писателя Андрея Можаева Россия Освободится Нашими Силами Котята Мейн-кун Общественно-исторический клуб
    Приветствую Вас, Вольноопределяющийся · RSS 28.06.2017, 23:45
    Главная » Статьи » Публицистика » Русская Мысль. Современность

    Раис Сулейманов. Русские мусульмане. Ч. 2.

    Участие русских мусульман в террористической деятельности

    Проблема исламского терроризма с «русским лицом» является одной из главных причин негативного и настороженного отношения к русским мусульманам. Впервые эта проблема обозначилась с началом Второй чеченской войны (1999-2001), когда на стороне ичкерийских боевиков стали участвовать террористы русской национальности.

    Первыми русскими мусульманами, вставшими на путь религиозного терроризма, можно назвать студента Карачаево-Черкесского педагогического университета Николая Епринцева и жителя Новокузнецка Виктора Мирошкина, планировавших теракт на рынке «Фаллой» во Владикавказе 23 сентября 1999 года. Оба до этого прошли боевую подготовку в диверсионно-террористическом лагере в Сержень-Юрте (Чечня) амира Абу Саида, одного из полевых командиров Хаттаба. Совершить теракт им не удалось, поскольку при пересечении Ингушетии (ехали они из Чечни в Северную Осетию) были остановлены сотрудниками МВД, и в их автомобиле обнаружен тротил [10].

    Другим русским мусульманином, избравшим для себя террористическую деятельность, стал участник «Кукморского джамаата» 21-летний Олег Бабушкин [11]. Члены банды организовали 1 декабря 1999 года теракт на газопроводе в Кукморском районе Татарстана.

    В июне 2000 года в Грозном прошли два теракта, организованные смертниками. Ими оказались два русских мусульманина Александр Алексеев и Сергей Дмитриев.

     

    В феврале 2001 года в Набережных Челнах (Татарстан) с целью выкупа был похищен сын начальника городского жилищного хозяйства Якова Геллера Анатолий. Среди группы похитителей, рассчитывавших получить выкуп в 320 тысяч долларов, был 27-летний Максим Гапонов. При допросе выяснилось, что он принял ислам ваххабитского толка в 1998 году, поехал в учебный лагерь «Кавказ» в Чечню к Хаттабу, встречался и даже регулярно молился вместе с лидером чеченских боевиков Шамилем Басаевым, а потом по их заданию участвовал в организации похищения сына чиновника: «Следователям Гапонов твердо заявил, что на земле он подчиняется лишь приказам Хаттаба, а на небе - Аллаху»,- пишут о нем исследователи [12].

    Если в начале ХХ века русскими по национальности террористами в России становились революционеры левых и анархических взглядов, то в начале XXI века русскими террористами становились исламисты. На протяжении 2000-х - 2010-х годов участие русских мусульман в рядах террористических групп становится не просто заметным, но порой отмечаются случаи, когда они становились их лидерами и создателями. Не обобщая всех русских мусульман, можно заметить, что если где русские мусульмане достаточно быстро заняли крепкие позиции в среде исламской уммы России, то именно в ваххабитских джамаатах.

    Наиболее характерный пример такого русского мусульманина, занявшего позицию лидера в террористической банде, можно назвать уроженца Волгоградской области Павла Косолапова (род. в 1980 году). Биография Косолапова (в исламе его имя Мохаммед) примечательно именно тем, что перед нами образец русского мусульманина, который был не только исполнителем, но и идейным вдохновителем терактов в России в 2004-2007 гг. Про него известно, что, приняв ислам (по одной из версий сделал он это под влиянием курсантов-кавказцев, обучаясь в Краснодарском высшем военном командном инженерном училище, куда он поступил в 1997 году, однако он не доучился и оставил его), он поехал в Чечню в 1999 году, где прошел военно-идеологическую подготовку в учебно-диверсионном лагере «Кавказ» в Сержень-Юрте у Хаттаба. Вскоре за свои способности он сам стал инструктором. Затем Косолапов участвовал в организации терактов в московском метро 6 февраля 2004 года (погибло 42 человека), в том же месяце и в марте организовал взрывы на магистральном газопроводе и линиях электропередач в городах Московской области Чехове, Подольске и Бронницах. После этого он вернулся домой в Волгоградскую область, откуда отправился в Самару, где участвовал в организации теракта на вещевом рынке города 4 июня 2004 года, в результате которого погибло 11 человек (исполнителем взрыва был ученик Косолапова по лагерю «Кавказ» Еркингали Тайжанов из Казахстана). 13 августа 2007 года Косолапов организовал подрыв железной дороги, в ходе которого сошел с рельсов поезд «Невский Экспресс», направлявшийся из Москвы в Санкт-Петербург. В результате травмы получили 60 пассажиров, из которых 25 человек были доставлены в больницу (к счастью, никто из них не погиб). В настоящее время Павел Косолапов находится в международном розыске. За совершенные теракты Косолапов получил в СМИ прозвище «русский бен Ладен» [13].

    Если некоторые русские исламисты, совершавшие теракты в конце 1990-х - первой половине 2000-х годов, имели за спиной опыт пребывания на учебе в лагере «Кавказ» у Хаттаба, то следующим центром притяжения для других русских ваххабитов был «Булгарский джамаат» в Афганистане (название это сообщество получила в память о Волжской Булгарии - средневековом мусульманском государстве на Средней Волге, официально принявшего ислам в 922 году от послов Багдадского халифата). Образовавшийся с 1999 года как землячество выходцев из Поволжья, прибывших на «джихад» в Афганистан в ряды талибов, он пополнялся не только татарами и башкирами, но и русскими по национальности мусульманами. Одним из самых известных русских боевиков «Булгарского джамаата» был Павел Дорохов (1970-2008), уроженец Баймакского района Башкортостана (в исламе его имя Абдул Муджиб). Пройдя в рядах «Булгарского джамаата» боевую подготовку в 2006-2007 гг., Дорохов прибыл в г. Салават (Башкортостан), где сумел организовать ячейку «Булгарского джамаата», в которую вошел Рустем Зайнагутдинов. В 2008 году террористы планировали организовать взрывы станции водозабора «Салаватводоканала» и хранилища жидкого аммиака на предприятии «Салаватнефтеоргсинтез». Однако осуществить задуманное террористов не удалось: 28 августа 2008 года Зайнагутдинов был задержан, а Дорохов был застрелен у себя на квартире при задержании, поскольку оказал сопротивление. Зайнагутдинов был приговорен к 15 годам лишения свободы [14].

    Другим примером этнически русского мусульманина, который побывал в Афганистане, стал житель Нижневартовска Андрей Баталов (род. в 1979 года), который после принятия ислама, отправился учиться в Иран, оттуда перебрался в Пакистан, а уже затем оказался в Афганистане, где был в 2007 году осужден на за террористическую деятельность, проведя в афганской тюрьме 5 лет [15]. 16 июля 2009 года другой житель Нижневартовска Алексей Бабин (род. в 1989 году) в составе группы из 5-ти исламистов был убит в Таджикистане во время нападения на пост Национальной гвардии Таджикистана [16]. В 2009 году другие русские жители Нижневартовска С. Ю. Мокин (исламское имя - Абдулкерим), Э. Б. Копсергенов (Белал) и А. Ю. Охтова были уничтожены в ходе спецоперации в Ингушетии. Как констатируют исламоведы, «славянские мусульмане-неофиты все чаще стали выступать в качестве «передового эшелона» террористов» [17].

    В 2009-2010 гг. на территории Башкортостана действовала террористическая банда, которую возглавляли уроженец Ингушетии Башир Плиев (род. в 1966 году) и русский житель г. Белебея Владимир Тураев (род. в 1973 году). Сама группировка была тесно связана с ваххабитами из Сургута (Ханты-Мансийский автономный округ). Интернациональный по своему составу «джамаат» Плиева-Тураева (помимо названных исламистов туда входили Александр Яшин, Олег Шайхулов, Ирек Гайнуллин, Вадим Карамов, Нафис Шаймухаметов, Ильшат Шафиев и Наиль Ахметгареев) промышлял разбоем, вымогательством и организацией терактов. Так, в апреле 2009 года они взяли в заложники 17-летнего сына вице-президента компании «Роснефть» Михаила Ставского: подростка удалось высвободить, а в Ингушетии, куда его вывезли, задержали исполнителей (среди которых был русский ваххабит Михаил Чернобровкин), однако организаторов похищения, находившихся в Башкортостане, тогда найти не смогли. 23 марта 2010 года исламисты совершили нападение на продуктовый склад бизнесмена Тагира Риянова, но неожиданно родственники коммерсанта (он вел семейный бизнес) бандитам оказали сопротивление, и тогда они «залегли на дно». Их искали, и 27 марта 2010 года в г. Октябрьский (Башкортостан) спецназом ФСБ и СОБРом МВД была проведена спецоперация против них. Всем участникам группировки, кроме 26-летнего Александра Яшина, удалось в тот день скрыться. Яшин оказал при задержании сопротивление, был ранен, но умудрился вырваться из окружения, потом проник в городскую больницу, где стал требовать от врачей скорейшего лечения, попытался даже их взять в заложники, но был нейтрализован спецназом. 30 марта 2010 года уже на территории Челябинской области арестовали Башира Плиева (у него было прозвище «Эмир башкирский»). Другие члены «джамаата», находясь на свободе, 7 июня 2010 года у деревни Вязовка Бирского района Башкортостана заложили взрывчатку под линией электропередачи (ее удалось вовремя обнаружить и обезвредить), а в ночь с 11 на 12 июня 2010 года около поселка Суксун (Пермский край) напали на пост ДПС, где застрелили двух сотрудников полиции. Затем 4 июля 2010 года террористы заложили взрывчатку под магистральный газопровод высокого давления в Бирском районе Башкортостана (к счастью, заложенное ими самодельное взрывное устройство было вовремя обнаружено и обезврежено). Банда организовала в лесу возле деревни Кургаш Архангельского района Башкортостана свой лагерь, однако 17 августа 2010 года в ходе спецоперации ФСБ и МВД «джамаат» был схвачен [18]. Из этой группировки только Владимиру Тураеву удалось скрыться (он до сих пор находится в розыске). Как отмечают наблюдатели, «ситуация, когда среди задержанных ваххабитов оказываются сразу несколько этнических русских, уже стала обыденной». По оценке исследователя Владислава Мальцева, «на улицах башкирских городов и сел русские мусульмане достаточно заметны». «А в Аскине, райцентре того самого периферийного района на севере Башкирии, где в деревне Кубиязы родились и «партизанили» уничтоженные в августе этого года «лесные братья» - 32-летний Нафис Шаймухаметов, 28-летний Ирек Гайнулин, 23-летний Ильфат Шафиев и 30-летний Вадим Карамов, по данным СМИ, лишь за прошедший год число новообращенных мусульман среди русских возросло в четыре раза» [19], - констатирует он.

    Наибольшей известности из числа русских ваххабитов достиг (и пока его популярности никто не превзошел) уроженец Улан-Удэ Александр Тихомиров (1982-2010), известный больше под псевдонимом «Саид Бурятский». Личность последнего уникальна тем, что из всех русских мусульман, избравших путь терроризма, он остался в истории российского ваххабизма как наиболее харизматичный проповедник. Все известные до сегодняшнего дня русские исламисты-террористы не использовали видео-проповедь как форму агитации, чтобы распространять свои взгляды. Саид Бурятский это не просто реализовал, обладая для этого определенным талантом агитатора, но и сохранил свое наследие даже после своей смерти. До сих пор его проповеди, лекции, выступления в виде роликов можно свободно найти в Интернете. Примечательно то, что Саид Бурятский из всех русских мусульман становится одной из самых первых заметных фигур, которые знаменуют собой череду участия русских мусульман в террористической организации «Имарат Кавказ», чей пик активности приходится на 2007-2013 гг., после чего организация уступает по популярности для российских ваххабитов ИГИЛу, который на Ближнем Востоке сумел создать на части территории Сирии и Ирака свое «исламское государство» в виде «халифата».

    До того, как Саид Бурятский присягнул на верность в мае 2008 года лидеру «Имарата Кавказ» Доку Умарову и присоединился к террористическому подполью на Северном Кавказе, вся его биография была связана с Советом муфтиев России. «Начав с работы в улан-удэнской общине ДУМАЧР, Бурятский переехал в Зеленоград (Подмосковье), где получил образование в исламском колледже «Расуль-Акрам», потом учился в бугурусланском медресе «Аль-Фуркан» (тоже действовавшем под эгидой СМР), а затем работал в центральном аппарате СМР и читал проповеди в московской мечети «Дар-уль-Акрам», которую возглавлял генеральный секретарь СМР Мухаммад Карачай» [20], - так описывает вехи его жизни исламовед Роман Силантьев. В 2002-2005 гг. Саид Бурятский учился в Центре изучения арабского языка «Фаджр» в Египте, посещал лекции в исламском университете «Аль-Азхар» в Каире, причем среди его учителей значатся салафитские шейхи Мухаммад Хасан, Махмуд Мисри и Мухаммад Юсри. В этот период он в 2004 году на 4 месяца уехал в Кувейт на образовательные курсы, совершенствуя знание арабского языка. После чего вернулся в Египет, однако в скором времени уехал в Россию, так и не получив диплома: по одной из версий, из-за опасения быть схваченным египетскими спецслужбами. Из всех русских мусульман, ставших террористами, Саид Бурятский действительно свободно владел арабским языком, знал Коран и хадисы, которые умело впоследствии цитировал в своих проповедях и лекциях с собственной их интерпретацией. Вернувшись в Россию, Бурятский трудоустраивается в книжное издательство «Умма» и работает в Московской соборной мечети. В 2007 году совершает хадж в Мекку и Медину. Вторая половина 2000-х годов знаменует собой начало массового доступа россиян к Интернету, и с этого времени видео-проповеди Саида Бурятского завоевывают свою популярность среди русскоязычных мусульман: Бурятский становится живым примером русского неофита, не просто принявшего ислам, а ставшего успешным исламским проповедником. До сегодняшнего дня из всех известных русских мусульман, включая даже тех, кто достиг поста муфтия, объективно нет более равного ему по харизме проповедника, столь свободно владеющего арабским языком, умеющего также свободно цитировать по памяти Коран и хадисы, и доступной для понимания широкой аудиторией понятной устной речью. И именно поэтому он был привлечен боевиками «Имарата Кавказ» на свою сторону. Получив видеописьмо от одного из заместителей Доку Умарова полевого командира Муханнада с предложением присоединиться к «джихаду» на Кавказе, Бурятский откликнулся, и в мае 2008 года приехал в Ингушетию, где и присягнул на верность лидеру «Имарата Кавказ». До своей гибели 2 марта 2010 года им было организованы покушение в отношении президент Ингушетии Юнус-бека Евкурова 22 июня 2009 года (глава Ингушетии получил ранения, но остался жив), теракт 26 июля 2009 года на Театральной площади в Грозном (погибло 6 человек, включая 4-х высокопоставленных сотрудников МВД), взрыв 17 августа 2009 года ГАЗели возле ГОВД г. Назрани (погибло 25 сотрудников милиции и 260 человек было ранено), выявлена причастность Бурятского к организации теракта 27 ноября 2009 года в отношении поезда «Невский экспресс», следовавшего из Санкт-Петербурга в Москву (погибло 28 пассажиров и 132 человека оказались ранеными). Весь период нахождения в рядах «Имарата Кавказ» Бурятский регулярно выступал с видео-обращениями, отвечал на вопросы, присылаемые к нему, выступал с проповедями по Интернету.

    Среди других русских мусульман, которые избрали для себя путь террористов-смертников, можно назвать семейную пару Виталия Раздобудько (род. в 1978 году) и Марии Хорошевой (род. в 1985 году) из Пятигорска. Особенностью этого случая является то, что здесь в роли террористов выступала семейная пара двух этнически русских, которые подорвали себя, и их не только не остановил инстинкт самосохранения, но им совершенно было безразлично на своих детей, которые остались сиротами на всю жизнь.

    Ислам Виталий Раздобудько принял еще во время учебы в Пятигорском технологическом университете (его имя в исламе Валид). Там же в Ставрополе познакомился со своей будущей супругой Марией Хорошевой, которая окончила Пятигорскую фармацевтическую академию и тоже принимает ислам, правда, юридически свой брак они не оформляли, закрепив его только через никах (мусульманское религиозное бракосочетание). У них родилось двое детей - дочь Марьям и сын Абдулла. Семейная пара присоединилась к «Ногайскому джамаату», действовавшему на территории Ставрополья. 17 августа 2010 года членами «джамаата» был организован теракт у кафе «Эрмитаж» в Пятигорске (погибло 30 человек). Были еще попытки провести подобные теракты 19 сентября в электричке на железной дороге (никто не пострадал) и 30 сентября в Ставрополе у кафе «Глория» (теракт не состоялся). Затем «Ногайский джамаат» организовал теракт в Москве: 31 декабря 2010 года произошел взрыв в гостиничном номере ООО «Спортивно-Стрелковый Клуб Военно-Охотничьего общества», расположенного на улице Головачева в Кузьминках в Москве. Виталия Раздобудько подозревали к причастности к теракту 24 января 2011 года в аэропорту Домодедово в Москве, однако это впоследствии не подтвердилось. Затем семейная пара русских мусульман 14 февраля 2011 года совершила самоподрыв возле полицейского отделения в селе Губден Карабудахкенсткого района Дагестана (погибли 2 полицейских и 20 человек получили ранения) [21]. Перед терактом оба русских террориста оставили видеообращения, в которых призывают к борьбе с «неверными».

    Уроженец Махачкалы Виктор Двораковский (род. в 1987 году) вместе с семьей перебрался в Ставропольский край. В 2007 году Виктор принимает ислам (его имя в исламе Абдулла) и в скором времени присоединяется к террористическому подполью в своем регионе. С конца 2010 года он объявлен в федеральный розыск, поскольку его подозревали в причастности к терактам в Пятигорске и Ставрополе. При задержании в ночь на 14 июля 2011 года, Двораковский оказал сопротивление, бросив в полицейских бомбу и ранив одного из них. Другая бомба взорвалась у него в руках, оторвав кисть левой руки [22]. Суд приговорил его к 23 годам колонии строгого режима.

    В Ульяновской области милицией была раскрыта деятельность «Ульяновского джамаата», который промышлял в 2002-2003 гг. рэкетом и грабежом дальнобойщиков, а на полученные таким преступным путем деньги исламисты закупали оружие и боеприпасы, планируя совершить теракты (например, к теракту в г. Каспийске Республики Дагестан члены «Ульяновского джамаата» были причастны). Делалось так: останавливали на трассах дальнобойщиков, отбирали у них фуры, самих дальнобойщиков брали в заложники, их большегрузы потом перепродавали уже со сбитыми номерами по уже отработанной схеме. «Ульяновский джамаат» был интернационален, где в числе его членов были русский Сергей Сандрыкин и чуваш Валерий Ильминдеев. Примечательно, что Ильмендеев, оказавшись в колонии г. Новоульяновска, где отбывал свой 13-летний срок заключения, он сумел обратить в ислам радикального толка других своих сокамерников, многие из которых не были до этого экстремистами, а отбывали наказание за бытовые преступления. После этого этой ячейке удалось наладить связь с северокавказскими ваххабитами (у Ильмендеева имелись телефоны), созданный его стараниями в колонии «джамаат» присягнул на верность тогдашнему лидеру «Имарата Кавказ» Доку Умарову, а выходившие на свободу зэки-исламисты, отправлялись на «джихад» туда. И в 2012 году эту ячейку МВД по Приволжскому федеральному округу удалось вскрыть. Членов этого тюремного «джамаата» осудили, Ильминдеева отправили после этого отбывать наказание в Архангельскую область.

    Другой пример, когда русский мусульманин становится не просто членом, а именно лидером террористического джамаата, можно проиллюстрировать на примере Андрея Антонова (род. в 1981 году) Сколотив группу в 5 человек (все они были жителями Астрахани), террористы 26 апреля 2011 года в г. Волгограде у здания ГИБДД взорвали самодельное взрывное устройство. В результате теракта никто не пострадал. В этот же день у здания академии МВД было обнаружено еще одно взрывное устройство, которое было обезврежено сапёрами. Ислам Антонов принял (его имя в исламе Умар), отбывая наказание в колонии за разбой. В банде также состоял его брат Алексей Антонов. После терактов в Волгограде террористы вернулись в родную Астрахань, однако были 7 мая 2011 года выявлены сотрудниками правоохранительных органов. При попытке задержания лидер джамаата Андрей Антонов предпринял попытку взорвать гранату, и оперативники астраханского СОБРа вынуждены были его застрелить. Остальные члены группы были арестованы, осуждены и получили сроки от 3 до 19 лет лишения свободы [23].

    В конце 2013 года всплыло имя еще одного русского мусульманина, ставшего террористом Павла Печенкина (род. в 1982 году). Уроженец г. Волжска (Марий Эл) Печенкин работал фельдшером на станции скорой медицинской помощи в родном городе. В декабре 2011 года Печенкин увлекся исламом (его имя в исламе Ансар ар-Руси). Затем он уезжает в Москву, сообщив родителям, что устроился там работать по специальности. Однако затем уезжает в Махачкалу, где присоединяется к «Тамир-Хан-Шурухинскому джамаату», после чего он был послан в Волгоград, где 30 декабря 2013 года подорвал себя в троллейбусе [24]. В результате теракта погибло 25 человек. Из всех русских мусульман, кто стал террористом-смертником, Павел Печенкин больше других унес человеческих жизней.

    Одна из последних историй, которые связаны с вовлеченностью русских мусульман в ряды террористических организаций, относится к их участию в «джихаде» на территории Сирии. Череда «арабских революций» в 2010-2011 гг. привела к падению правительства в Тунисе, Египте, Йемене и Ливии. В Сирии начавшаяся была «арабская революция» наткнулась на твердое сопротивление законного правительства Башара Асада, и вскоре противостояние между ним и оппозицией вылилось вначале в гражданскую войну, однако вскоре принявшей ярко выраженный религиозно-политический оттенок. Против Башара Асада на «джихад» стали пребывать со всего мира ваххабиты, видя в этой войне возможность для создания «халифата». Одной из действовавших на территории Ближнего Востока террористических группировок «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ) 29 июня 2014 года был провозглашен «халифат». Заветная «мечта» не одного поколения исламистов второй половины ХХ - начала XXI вв. воплотилась в жизнь, что привлекло еще больший поток ваххабитов, желающих влиться в ряды террористического интернационала. Исключением не стали и российские исламисты, которые с 2012 года стали приезжать через Турцию в Сирию. В их рядах были и русские мусульмане. В конце 2014 года группировка «ИГИЛ» была признана решением Верховного суда России террористической.

    Среди тех русских мусульман, которые отправились на «джихад», мы можем назвать молодую семейную пару Станислава Васильева (род. в 1993 году) и его жену Регину из Альметьевска (Татарстан), которые в 2012 году уехали в Сирию вместе с братьями Наилем и Булатом Автаховыми. Станислав (в исламе его имя Абдулла) и братья Автаховы учились вместе с 2011 года в Альметьевском исламском медресе им. Р. Фахретдина, однако проучившись около года, решили отправиться в Сирию на «джихад». Васильев поехал туда вместе со своей женой Региной. Уже находясь там, какое-то время Станислав поддерживал телефонную связь с матерью, однако понимая, что при возвращении домой, будет арестован за участие в незаконных вооруженных формированиях, остался в Сирии. Его молодая жена Регина на момент отъезда на «джихад» была беременной. Остается только поражаться религиозному фанатизму этих людей, из-за которого они поступили столь безрассудно, обрекая на трудности своего еще даже не родившегося ребенка. Дальнейшая судьба Станислава и Регины Васильевых не известны. Но они стали первыми известными по публикациям в прессе русскими мусульманами, уехавшими в Сирию.

    Другой представитель русских мусульман, который также выбрал для себя путь участия в «джихаде» в Сирии, был молодой московский актер Вадим Дорофеев (1983-2014). Он успел сняться в 10 кинофильмах, наибольшую известность ему принесла роль в фильме «Дочь якудзы» (2010). В январе 2014 года он принимает ислам вместе со своим другом, тоже актером Леонидом Тележинским, а 16 сентября того же года уезжает в Сирию, оставляя в Москве жену и двух детей. 20 декабря 2014 года он погиб там [25].

    В январе 2015 года стало известно о казни 30-летнего студента заочного отделения Российского исламского университета (Казань) Сергея Ашимова (в исламе его Абдулла), уехавшего в Сирию на «джихад», но заподозренного ИГИЛовцами в работе на российские спецслужбы. Его казнь была снята на видео и размещена в Интернете, однако она имеет ярко выраженный постановочный характер (примечательно, что в роли палача выступает казахский подросток, расстрелявший из пистолета Сергея Ашимова и еще одного приехавшего в Сирию на «джихад» 38-летнего уроженца Казахстана Жанболата Мамаева) [26].

    Один из последних случаев принятия ислама русскими, уехавшими за тем на «джихад» в Сирию, связан с жителем г. Набережные Челны (Татарстан) Михаилом Головенко. Его биография отражает один из примеров русского идейного мусульманского неофитства. Михаил был обычным гопником у себя в городе, оказавшись в тюрьме, принимает под влиянием сокамерников ислам ваххабитского толка. Затем выйдя на свободу, весной 2014 года решает уехать в ИГИЛ. Оказавшись в Сирии, участвует в грабеже и мародерстве вместе с боевиками. Однако у Михаила был характер борзого и болтливого гопника, любящего по натуре «понты» и крутизну. Это стало вызывать у ИГИЛовцев подозрение, они его стали принимать за «шпиона». А в таких случаях такие подозрения заканчиваются отрезанием головы: здесь ИГИЛовцы особенно не церемонятся. Головенко решил вернуться домой в 2015 году. Неизвестно, чтобы такой человек сделал бы, оставаясь на свободе и имея за плечами боевой опыт и идеологический настрой. Да и сам бы он в глазах ваххабитов в Татарстане выглядел бы авторитетом, дескать, побывал на «джихаде», повоевал за «халифат». Но он был арестован и 19 ноября 2015 года получил наказание в виде 6 лет лишения свободы [27].

    Кроме Сирии, которая притягивала к себе весь ваххабитский интернационал со всего мира с 2011 года, по-прежнему сохранял свою притягательность для желающих вести «джихад» из России, Афганистан. Русских мусульман, избравших для себя путь террора, Афганистан притягивал еще с 2000-х годов (история с Павлом Дороховым из Башкортостана, приведенная выше, наиболее яркая к этому иллюстрация). Но и в 2010-е годы, когда центр притяжения исламистов со всего мира передислоцировался в Сирию, Афганистан оставался тем местом, куда отправлялись радикалы со всего света, в том числе и из России. Одним из последних таких случаев можно назвать историю с 28-летним русским мусульманином Семеном Нагибиным (в исламе взял имя Салим), который выехал из Челябинска в Таджикистан, чтобы оттуда перебраться в Афганистан. На милицейском блокпосту в Пянджском районе Таджикистана он показался подозрительным для сотрудников правоохранительных органов, те решили уточнить кто он такой, а Нагибин посчитал, что его сейчас арестуют, поэтому сам напал на одного из милиционеров с ножом. Силовики открыли огонь, ранив в ногу Нагибина, после чего его доставили в местную больницу. Там при допросе Нагибин и рассказал о своих планах. Впрочем, неудавшемуся джихадисту удалось сбежать из больницы, предварительно сняв с себя наручники и завладев пистолетом охранявшего его милиционера. Вскоре его окружили, он попытался оказать вооруженное сопротивление, но был убит при задержании [28].

    Ряд экспертов предлагают рассматривать русских девушек-ваххабиток как отдельную категорию исламских террористов, поскольку специфика женского терроризма построена на нарушении «стереотипов восприятия «женского» как пассивного, оказываясь не на своем месте и занимаясь не женским делом». «Неприятие привычной модели женской судьбы указывает террористке путь к обретению смысла существования <...> женское честолюбие состоит в том, чтобы разделять честолюбие мужчин, их готовность к риску и жажду побед. Возможно, следуя этой логике, для террористки это означает «переход в подлинную жизнь» - в террористическую деятельность» [29], - полагают ряд исследователей гендерного аспекта терроризма как явления. При изучении русских мусульманок, вставших на путь терроризма, важно понимать, что вовлечение в ряды вооруженного бандподполья может происходить как осознанно, так и путем обмана и доверчивости. Впрочем, в последнем случае это никак не оправдывает и не снимает ответственность с таких девушек, поскольку от их действий страдают в итоге другие люди.

    Наиболее яркий пример русской мусульманки-террористки - история Аллы Сапрыкиной (1982-2012), получившая после принятия ислама имя Аминат. Будучи одно время «общей женой» для боевиков Дагестана, она согласилась стать смертницей, и 28 августа 2012 года совершила самоподрыв во время посещения известного суфийского шейха Саида Чиркейского, который был наиболее яркой фигурой в деле сохранения и популяризации традиционного для этого региона ислама, что вызывало ненависть у ваххабитов. В итоге своей цели - убийства шейха - террористы с помощью завербованной ими русской мусульманки добились.

    Надо сказать, что русские мусульманки в ряды террористов вербуются не только на Северном Кавказе, но и в Поволжье. Как пишет религиовед Василий Иванов, «в последнее время на территории поволжских регионов отмечена негативная тенденция вовлечения русских девушек, принявших ислам, в деятельность вооружённого бандподполья Северного Кавказа». По его словам, «ваххабиты знакомятся с девушками через Интернет, после чего убеждают их вступить в «тайный брак с моджахедом». На первой же встрече с незнакомым человеком, с которым девушка познакомилась в Интернете, проводится мусульманский обряд «никах» (заключение брака). После этого девушку тайно вывозят в одну из республик Северного Кавказа. Иногда даже «никах» заключается по телефону либо по Интернету (чего в исламе никогда не было принято) с человеком, с которым в реальной жизни «невеста» никогда не встречалась, и он убеждает её самостоятельно прибыть в одну из северокавказских республик. Уже там девушек вовлекают в противоправную деятельность в качестве общих жён, причём боевиками, как правило, предполагается, что рано или поздно они станут смертницами-шахидками» [30].

    Такое наблюдалось в истории с 16-летней учащийся медицинского колледжа Юлии Титовой из Астрахани, которая попала под влияние ваххабитов, уехав в тайне от родителей на Северный Кавказ. Приняв ислам, став именоваться теперь Аминой, девушка объявила собственных родителей «неверными» и тайно вышла замуж, совершив обряд «никах» по телефону [31].

    Вновь проблема принятия русскими девушками ислама и готовность их пополнить ряды террористов стала поводом для широкого обсуждения в российском обществе в 2015 году, когда стало известно об истории студентки философского факультета МГУ Варвары Карауловой. 19-летняя русская девушка приняла ислам, взяла имя Амина и попала под влияние вербовщика ИГИЛ («Исламское государство Леванта и Ирака») из Казани Айрата Саматова, находящегося в Сирии на «джихаде». После чего по зову то ли любви и желания быть рядом с женихом, то ли из религиозного рвения жить в «халифате» Караулова поехала в Сирию. Однако ее отец, узнав об этом, поднял шум, привлек внимание СМИ и подключил свои связи, чтобы вернуть дочь. Караулова была задержана в Турцию, через которую она собиралась попасть в Сирию, и возвращена домой. Однако по возвращению в Москву, девушка продолжила переписываться с вербовщиками ИГИЛ, что послужило основанием для ее ареста.

    Истории с русскими мусульманками, примыкающими к террористическим организациям, поражают тем, насколько порой безрассудно эти девушки готовы себя вести. В их случаях происходит смешивание женской любви, желания выйти замуж и религиозного фанатизма. Естественно, этим и пользуются вербовщики. Впрочем, это никак не оправдывает этих девушек и не снимает с них ответственность, хоть и порой подобные истории могут показаться сентиментальными.

    Категория: Русская Мысль. Современность | Добавил: Elena17 (05.03.2016)
    Просмотров: 175 | Рейтинг: 0.0/0
    Сайт создан в системе uCoz