Меню сайта


Категории раздела
Антология Русской Мысли [533]
Собор [345]
Документы [12]
Русская Мысль. Современность [783]
Страницы истории [364]


Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 3970


Форма входа


Поиск


Библиотека
 
 
Медиатека
 

Вернисаж

Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz


  • ПОМОЩЬ НОВОРОССИИ ПОМОЩЬ НОВОРОССИИ «Академия русской символики «МАРС» Слобода Голос Эпохи Журнал Голос Эпохи Апсны-Абхазия. Страна души Сайт писателя Андрея Можаева Россия Освободится Нашими Силами Котята Мейн-кун Общественно-исторический клуб
    Приветствую Вас, Вольноопределяющийся · RSS 24.04.2017, 04:27
    Главная » Статьи » Публицистика » Русская Мысль. Современность

    Русские и немцы в драме истории. Беседа М.В. Назарова с Г.Э. Даубом (1)

    Поскольку треть моей жизни оказалась связана с Германией (где я жил с 1975 по 1994 гг. как политический эмигрант), мне давно мечтается отразить этот свой опыт в книге, предполагаемое название которой я вынес и в заглавие данной публикации. В книге мне хотелось бы понять место и миссию каждого из наших народов в человечестве с точки зрения православной историософии (т.е. смысла истории). Некоторым аспектам этой темы был посвящен один из тематических вечеров Союза Русского Народа (в ноябре 2009 г.).

    Генрих Дауб. Гл. редактор журнала «Ost-West-Panorama»В данной беседе с известным деятелем российских немцев в Германии Генрихом Даубом, главным редактором журнала "Ost-West-Panarama", активным деятелем "Национально-Консервативного движения немцев из России" (Die National-Konservative Bewegung der Deutschen aus Russland), мы затронем в основном проблемы современного этапа истории, близкого к созданию Нового мiрового порядка. Удастся ли нашему общему геополитическому врагу вновь нас столкнуть друг с другом (вопреки тому, что геополитические интересы Германии и исторической России нигде не сталкиваются, наоборот: мы издавна хорошо дополняем друг друга) – или же еще можно оказать ему коллективное сопротивление? – М.Н.

    М. Назаров: Генрих Эмильевич, в последнее время, в связи с обострением иммиграционной ситуации в Европе обращает на себя внимание феномен русских немцев в Германии – это несколько миллионов переселенцев из СССР. Вы активно выступили против политики официальных властей и в проблеме нашествия инокультурных мигрантов, и с осуждением санкций против РФ, вредящих интересам Европы. Причем и то и другое вы откровенно анализируете как проявление американской политики, одновременно и антирусской и антиевропейской.

    Мир с Россией вместо движения к Третьей Мiровой войне! Германия: прочь из НАТО! НАТО: вон из Германии!
    Надпись на транспаранте: "Мир с Россией вместо движения к Третьей Мiровой войне! Германия: прочь из НАТО! НАТО: вон из Германии!"

    Для властей и для "прогрессивной" либеральной общественности вы стали жупелом "реакционной ксенофобии" и чуть ли не "нацизма", и даже "агентуры Кремля". А русские патриоты открыли для себя в русских немцах искренних союзников в защите русских интересов. И это несмотря на то, что в СССР немцам пришлось пережить огульные репрессии, депортацию в Сибирь и Среднюю Азию, национальную дискриминацию. Как Вы объясняете этот нынешний русско-немецкий феномен? Это чисто политическое совпадение наших интересов, поскольку патриоты всех стран имеют общего глобального противника, разрушающего национальные культуры для создания Нового мiрового порядка? Или же длительное проживание в России и память о дореволюционной общей судьбе наложила отпечаток на саму ментальность русских немцев?  

    Генрих Дауб: Начать хочу с того, что мне кажется более точным для понимания называть нас российскими немцами, а не русскими немцами. Хотя и "русские немцы" тоже неправильным назвать не могу, если иметь в виду что это "немцы Руси".

    Что касается вашего вопроса, то я вижу в нём и ответ: конечно же, правильно и то, и другое – "русско-немецкий феномен", как вы его называете, объясняется и тем, что у патриотов всех стран сегодня общий глобальный противник, и тем, что у нас, немцев из России не может быть холодного, равнодушного отношения к России. 

    Во-первых, что такое патриотизм? Это любовь к своему народу, забота о нём, желание для него наиболее благоприятных условий развития. В этом отношении патриоты всех народов одинаковы и всегда друг друга поймут. В том числе и сегодня, когда действительно главной угрозой для суверенитета всех народов, для сохранения их самобытности, да просто для их сохранения, стали глобалистские силы – прежде всего в лице США, но и в лице господствующей элиты Евросоюза, планирующей создание европейского супергосударства, а вместе с ним и разрушения суверенитета национальных государств, создание многонационального ("мультикульти") общества, которое по их планам должно заменить традиционные европейские народы. Перед лицом таких планов патриоты сегодня ещё численно больших народов Европы ощущают будущую судьбу своих народов так же остро, как представитель маленького аварского народа Расул Гамзатов. Помните его пронзительные слова «И если завтра мой язык исчезнет, то я готов сегодня умереть»? Европейские, в том числе и немецкие патриоты, понимают, что если мы не будем бороться против планов этих глобалистских сил, то это действительно может закончиться тем, что мы сначала станем меньшинствами в собственных национальных странах, а потом можем и исчезнуть. И ещё: любя свой немецкий народ, как может немецкий патриот желать ему плохих отношений с Россией и русским народом или даже военного столкновения с ним? Как это может улучшить условия его развития? Что хорошего сулит ему эта перспектива? А ничего и, более того, может даже привести к его исчезновению – вот вам и объяснение поведения немецких патриотов.

    Во-вторых, чуть подробнее об отношении российских немцев к России. Мы прожили в России более чем 250 лет, то есть на протяжении от 5 до 10 поколений. Я считаю, что немцы – это народ-созидатель. Они всегда меняют пространство, в которое их помещает судьба, обустраивают его в соответствии с собственными представлениями об эстетике и удобстве. Посмотрите как вели себя немцы в своих колониях, которые Германия имела (хотя и не много) до Первой мiровой войны: везде их вклад был положительным. Даже можете посмотреть в сравнении с теми же англичанами, французами и бельгийцами, которые свои колонии просто грабили, а народы в них угнетали.

    В той же Намибии немцы построили железные дороги, заложили города и селения, создали современное сельское хозяйство. И сегодня ещё правительство Намибии очень ценит вклад оставшегося там с колониальных времён немецкого меньшинства. Там немцы сегодня и успешные фермеры, и чиновники, и бизнесмены. Немцы хорошие организаторы. Наши предки не пришли в Россию как агрессоры – их пригласили туда цари. И они там тоже были созидателями.

    Важно также понимать, что немцы в России не заняли там по большому счёту чужую нишу. Наши предки-колонисты были поселены на пустынных землях в Причерноморье, Крыму, которые были завоёваны у Турции, в полупустынных степях Поволжья и вместе с другими народами России – прежде всего русскими и малороссами – осваивали эти земли.

    Немцы в России

    На мой взгляд немцы – это небольшое по численности меньшинство в России наряду с русским народом (в широком смысле, включая в это понятие и великоросов, и малоросов, и белорусов) были имперским народом. Посмотрите – нет ведь области человеческой деятельности, где бы они не внесли в России свой большой позитивный вклад. Именно поэтому немцы активнейшим образом ассимилировались в русском народе и воспринимали это спокойно. Где-то прочитал, что сегодня в России около 20 миллионов человек могут сказать, что в их жилах течёт и немецкая кровь. Как насилие над собой немцы восприняли попытку их насильственной ассимиляции, которую советская власть пыталась осуществить депортацией и дисперсным расселением по всей азиатской части СССР. То есть немцы вместе с русскими создавали великую Российскую империю, а к тому, что создаёшь, отношение всегда особое. Поэтому наше отношение к России имеет и сентиментальную составляющую.

    М.Н.: Мне кажется тут важным уточнить, что в Российской империи немцы были не только колонистами-земледельцами. В высшем административном слое, в офицерстве, в российской науке, медицине и вообще в дворянском сословии немцы (многие из Прибалтики, вошедшей в состав России) были пропорционально представлены гораздо больше, чем в низших социальных слоях. Некоторые русские националисты, как М.О. Меньшиков, даже сетовали на "немецкое засилье". И во всех этих областях немцы, действительно, внесли огромный вклад в строительство Российской империи (одних только мореплавателей-первооткрывателей сколько было: Ф.Ф. Беллинсгаузен, И.Ф. Крузенштерн, Ф.П. Врангель, И.И. Беринг). Не говоря уже о том, что в царствующей Фамилии немецкая кровь даже преобладала над русской, поскольку большинство наших Императриц происходили из немецких монархических династий.

    Причем, что интересно: в отличие от колонистов, трудового немецкого населения, сохранявшего язык и национальное самосознание, немцы в высшем слое Империи быстро обрусевали и становились русскими патриотами-государственниками, консервативными монархистами (вспомним таких выдающихся деятелей, как шеф жандармов генерал-адъютант граф А.Х. Бенкендорф, или градоначальник Санкт-Петербурга В.Ф. фон дер Лауниц). В то же время они сохраняли ту самую заметную черту, о которой Вы говорите: организационные способности, деловую добротность, любовь к порядку – образ такого немца, Штольца, мы видим в известном романе Гончарова, где эти немецкие качества противопоставлены в несколько утрированной форме ленивой русской обломовщине...

    А вот среди либералов и тем более среди революционеров немцев было мало. Позже в антибольшевицком Белом движении также бросается в глаза большое количество выдающихся вождей, генералов-монархистов с немецкими фамилиями: граф А.Ф. Келлер, Е.К. Миллер, барон П.Н. Врангель, В.О. Каппель, Р.Ф. Унгерн фон Штернберг, М.К. Дитерихс...

    Вообще в гражданской войне у белого офицерства были поначалу надежды, что русским и немцам удастся преодолеть недавнюю военную враждебность и совместно выступить в защиту наших монархий. Вспомним такую русско-немецкую армию П.М. Бермондта-Авалова и созданный для ее поддержки эмигрантский военно-политический Совет в Берлине под председательством барона Л.К. Кнорринга (при участии графа К. фон Палена, полк. П. Дурново, предпринимателя фон Берга и др.); финансирование обезпечили немецкие промышленники (в частности, Крупп), создавшие "Русско-Немецкий Финансовый Синдикат". Но победившая Антанта и возникшие при ее поддержке марионеточные прибалтийские правительства настояли на свертывании этой инициативы. В 1921 г. знаменитый монархический съезд в Рейхенгалле также был устроен совместно русскими и немецкими монархистами.

    Однако и русская среда, по-моему, наложила отпечаток на ментальность поколений русских немцев. Было заметно, что немецкие переселенцы из СССР не вполне вписывались в слишком рациональную немецкую жизнь и несколько тяготились ею. Они имели свои русскоязычные круги общения, свои места встреч (называли их: "треффунги"), совсем не типичные для Германии шумные съезды (был я на одном таком в Висбадене), и по своему характеру они во многом были близки к русским эмигрантам, участвуя в наших организациях, таких, например, как НТС и Общество прав человека. И мы в "Посеве" тоже уделяли внимание поддержке движения российских немцев в СССР, в частности, издали их сборник "Ре Патриа" (выпуск "Вольного слова" № 16, 1975).

    Генрих Дауб: Вы очень хорошо напомнили о том, что кроме немцев-колонистов, потомком которых являюсь я и большинство тех, кто ещё и сегодня называет себя «российскими немцами», среди российских немцев исторически были ещё и прибалтийские немцы – потомки рыцарей Ливонского ордена. Мы, сегодняшние российские немцы, сосредоточены на своем колонистском прошлом и порой забываем о других российских немцах – прибалтийских баронах, петербургских, московских, одесских и других городских немцах – аптекарях, инженерах, ремесленниках, предпринимателях, военных, чиновниках и т.д., которые, конечно же, сильно отличались от наших предков-крестьян. Попав в Российскую империю после победной войны Петра I против Швеции (Ништадтский мирный договор 1721 года), прибалтийские немцы без всякого сожаления приняли свою судьбу, стали верными подданными российских монархов и быстро ассимилировались в русской культуре. В то время ведь никто не думал национальными категориями: при монархическом устройстве самое важное – это то, чей ты подданный. А быть подданным великой Российской империи считали честью не только немцы, но и многие другие западноевропейцы. Точно также не по своей воле в состав Российской империи попали польские немцы, жившие там на протяжении многих сотен лет по приглашению польских королей в городах как ремесленники или освоившие незаселённые до них пустоши или леса, выкорчевав их, для чего понадобился напряжённый труд нескольких поколений. Они попали в состав России – в результате разделов Польши в конце XVIII века. А предки-колонисты современных российских немцев попали в Новороссию и Поволжье в результате приглашения императорских особ: главным образом Екатерины II и Александра I.

    Надеюсь, никто из сетовавших на "немецкое засилье" не подозревал в том, что они были проводниками германской политики "Дранг нах остен"?.. С большим основанием можно говорить о том, что это Россия проводила на протяжении веков политику "натиска на восток, запад, север и юг". При этом я лично эту политику не осуждаю, а считаю естественным проявлением избыточной энергии русской нации, а империю, ею созданную, благом для её народов. Такая избыточная энергия была и у немецкого народа и он тоже изливался из рамок своих национальных границ. И вот посмотрите, сегодня в мiре немцев численно даже чуть больше, чем русских, но куда излились эти излишки энергии? Десятки миллионов немцев проживают в Северной и Южной Америке, куда они прибыли в качестве переселенцев, а не завоевателей, в Африке, Австралии и Новой Зеландии...

    А участие российских немцев в русских эмигрантских политических организациях естественно, потому что общим было отношение к коммунистической богоборческой идеологии. Общая судьба с русским народом у нас была не только до революции, но и после. Трудности военной и послевоенной поры ведь были общими. Я разговаривал с некоторыми германскими немцами, которые как пленные солдаты Вермахта провели многие годы в лагерях СССР, и даже ни от одного из них не услышал негативного отношения к народу России. Только сочувствие: «Да русские ведь и сами тогда страдали и голодали, да при этом ещё и с нами делились куском хлеба, а это не забывается».

    М.Н.: Кстати, именно поэтому вернувшиеся из советского плена немцы создали в 1957 г. в Западной Германии Общество немецко- российской дружбы (Deutsch-Russländische Gesellschaft, просуществовало до 1995 г.), которое в сотрудничестве с НТС и Русской Зарубежной Церковью устраивало ежегодные конференции, вечера русской культуры, историко-политические доклады, концерты, широко известные в Европе летние курсы русского языка (в Кенигштайне), издавало журнал "Россия и мы" (Russland und wir). В некоторых таких мероприятиях и мне довелось принимать участие...

    Генрих Дауб: Ещё больше оснований помнить доброе, чем у бывших пленных, было у российских немцев. Хотя, конечно же, в связи с войной нам в СССР приходилось порой испытывать к себе несправедливость, даже ненависть со стороны не только властей, но и простых людей. У наших отцов, во время войны находившихся в лагерях так называемой "трудармии" – конечно, никакая это была не «армия», а всё та же система ГУЛАГа. Иногда были моменты, когда им казалось, что им всем придётся погибнуть там – об этом им откровенно говорили на поверках служащие лагерной охраны: «Вы думаете, что дождётесь своего Гитлера? Всех здесь положим, все здесь сдохнете!». Это было в особенности с зимы 1941-го до конца 1943 года, когда исход войны был ещё не ясен. И их действительно специально морили голодом, издевались, творили произвол, расстреливали невинных людей «при попытке к бегству», чтобы заработать внеочередной отпуск «за проявленную бдительность». Лагерное начальство, часто из евреев, тоже с удовольствием гнобило «фашистов» – осуществлять месть немцам было ведь легче в тылу и над беззащитными людьми. Неважно, что они были своими же гражданами, главное – они были немцами! Так, генералы Раппопорт и Комаровский, в разное время руководившие строительством Челябинского металлургического завода, на котором были задействованы в основном российские немцы, несут личную вину за гибель многих тысяч российских немцев. Мой отец тоже находился тогда там. У каждого народа своя историческая память – у российских немцев память о войне – это память о загубленных в этих концлагерях родственниках, об издевательствах, унижениях, каторжном труде, депортации, комендатуре до 1956 года.

    Но мы также знаем, что хороших и справедливых людей было больше. Наши отцы нам рассказывали, что легче стало тогда, когда лагерную охрану из в основном азиатов, заменили на получивших на фронте ранения русских. Причем стало существенно легче – эти люди не зверствовали, не «охотились» на них с целью получения отпуска («шаг в сторону считается попыткой к бегству») и не подвергали своих сограждан-немцев излишним издевательствам.

    Ведь недаром у нас всех остались в России друзья, к которым мы сами ездим в гости и которые ездят в гости к нам. А огромное количество браков у российских немцев с русскими разве не говорят сами за себя? Если бы к немцам в России привилась та ветхозаветная ненависть, которую русским и другим народам пытался привить Илья Эренбург и его подельники, то мы бы там просто не выжили. Кстати, наши немцы часто очень по-доброму вспоминают многих казахов и хакасов, среди которых они во время войны жили в депортации. Это я могу отметить как главный редактор журнала, получавший много писем от своих соплеменников.

    Вы верно отметили, что российские немцы сформировались в России, даже в том же СССР, как консервативные преимущественно люди. Коммунистический режим, при всём том, что его можно за многое критиковать, в послевоенное время уже не боролся с традиционными ценностями: поддерживались крепкие семейные отношения между женщиной и мужчиной, рождение детей, добродетелью считалась личная скромность, строгой была сексуальная мораль, ценностью считалось добрачное целомудрие, а о сексуальных извращениях и говорить не стоит – эта тема присутствовала только в скабрезных анекдотах. Поэтому мы с симпатией относимся и к усилиям современного российского государства сохранить традиционные ценности, укрепить роль православия в обществе и не принимаем то, что навязывается сегодня в Германии.

    Российские немцы не могут принять современные «западные ценности» – навязывание гомосексуализма в качестве нормы, развращение детей с раннего детства целевым навязыванием детям сексуальной тематики под видом секспросвещения, мы с отвращением воспринимаем антипатриотические установки нашей политико-медиальной элиты.

    Плакат (1942 год). Папа, убей немцаПлакат (1942 год).
    Художник Нестерова-Берзина М. А.

    М.Н.: Вы упомянули Эренбурга с его призывом "Убей немца!" – это, конечно, образец официальной военной ненависти к немцам. Давайте вспомним этот шедевр:

    «Мы поняли: немцы не люди. Отныне слово "немец" для нас самое страшное проклятье. Отныне слово "немец" разряжает ружьё. Не будем говорить. Не будем возмущаться. Будем убивать. Если ты не убил за день хотя бы одного немца, твой день пропал. Если ты думаешь, что за тебя немца убьёт твой сосед, ты не понял угрозы. Если ты не убьёшь немца, немец убьёт тебя. …. Если ты не можешь убить немца пулей, убей немца штыком. Если на твоём участке затишье, если ты ждёшь боя, убей немца до боя. … Если ты убил одного немца, убей другого — нет для нас ничего веселее немецких трупов. Не считай дней. Не считай вёрст. Считай одно: убитых тобою немцев. Убей немца! — это просит старуха-мать. Убей немца! — это молит тебя дитя. Убей немца! — это кричит родная земля. Не промахнись. Не пропусти. Убей!»...

    К сожалению, гитлеровская идеология, презрительно относившаяся к славянам на оккупированных территориях, давала в свою очередь повод для ненависти подсоветского населения к немцам. Именно эта русофобская идеология нацизма обрекла на поражение Германию в войне, которая пропагандно трактовалась как "освобождение России от жидобольшевизма", но которую можно было выиграть лишь в доброжелательном союзе с русским народом, а не против него. Идеология гитлеровских колонизаторов не допустила создания независимого русского правительства на оккупированных территориях, репрессиями настроила население против "освободителей", лишь в последний момент, в январе 1945 г., допустила создание власовской Русской освободительной армии (за которую долго и безуспешно ратовали многие бывшие офицеры царской армии, служившие в Вермахте и протестовавшие против антирусской политики нацистов).

    Во всяком случае в СССР война наложила тяжелый отпечаток на отношения русских и немцев. Помню наши детские игры в войну или вопросы к взрослым о том, "кто немцы" в исторических фильмах, к России и Германии отношения не имеющих: противником всегда были "немцы"... И впоследствии КПСС и особенно нынешние власти в РФ с целью собственной легитимации (поскольку интересы народа и партии тогда впервые частично совпали в обороне от внешнего врага) стали почти истерично муссировать "победу над фашизмом" в виде национального культа. Это было бы неплохо как память о павших, об огромных жертвах, но, к сожалению, при этом искажается смысл Второй мiровой войны, ее причины, инициаторы и цели, при демонизации немцев как народа...

    Генрих Дауб: Я в основном с вашими оценками согласен. И, понимая, что Вторая мiровая война наложила тяжёлый отпечаток на отношения русских и немцев, нам всё же надо помнить, кто были её главные инициаторы. А этого в свою очередь мы не поймём, если не поймём, кто были инициаторы Первой мiровой войны. Убеждён, что Вторая война была продолжением Первой, она должна была окончательно достичь тех целей, которые были поставлены ещё в Первую: сломить мощь Германии и подорвать мощь России. В результате Первой удалось разрушить ведущие консервативные монархии – российскую, германскую, австро-венгерскую, но Россия и Германия в 1920-30 годы продемонстрировали, что способны быстро восстановить свою мощь. Руководство СССР и национал-социалистической Германии в силу своих идеологий легко попали в капкан, поставленный им «мiровой закулисой», как вы называете эти силы в своей статье о войне (см. здесь: http://rusidea.org/?a=25050902 )

    М.Н.: Лукавый метод мiровой закулисы всегда состоял в том, чтобы столкнуть друг с другом и ослабить, даже привести к краху, разных своих противников, используя и разжигая противоречия между ними... Именно для Второй мiровой войны американские банкиры финансировали и военную промышленность Гитлера (несмотря на его "антисемитизм"!), и такие же военно-индустриальные пятилетки Сталина (несмотря на его антикапиталистическую программу мiрового коммунизма!)... Об этом опубликованы документальные исследования, например американского профессора Э. Саттона основе архива Госдепартамента США (Sutton A. Wail Street and the Rise of Hitler. Seal Beach, California. 1976).

    Генрих Дауб: Национал-социалисты, вопреки навязываемому в России официальной пропагандой мнению, поначалу не планировали столкновения с СССР. Такие мысли стали впервые появляться у Гитлера только летом 1940 года, когда Сталин, в нарушение договоренностей 1939 года, присоединил часть румынской территории и сконцентрировал войска на границе. Германия в это время была уже в состянии войны с Францией и Англией и румынская нефть была для нее жизненно необходимо. Реальные планы ведения войны против СССР были в Рейхе приняты после визита Молотова в ноябре 1940 года тот выдвинул Гитлеру целый ряд абсолютно неприемлемых условий и заявил, что в сегодняшней ситуации договор о ненападении, заключенный год назад, уже изжил себя. 18 декабря 1940 года после месячных раздумий после этого визита, Гитлер дал приказ разрабатывать план "Барбаросса". Эта директива Гитлера (директива 21) не говорила о прямом нападении на Советский Союз, а давала военным задание разработать план, который позволил бы вести военные действия с СССР до победы над западными противниками. А уже реальное решение о том, что надо начать войну с СССР, Гитлер принял после апреля 1940 года, после событий в Югославии, когда он сделал вывод, что эта война неминуема и надо Сталина упредить. Он ведь тоже готовился к войне, что было для него естественно и чему теперь опубликовано много доказательств, и это не могло остаться неизвестным для германской разведки.

    М.Н.: Вы, видимо, имеете в виду аргументы из книги Резуна-Суворова "Ледокол"... Сталин, конечно, готовил войну, но Резун только к Сталину ее причину и сводит, оставляя без рассмотрения мiровую раскладку сил...

    Генрих Дауб: Национал-социалисты не считали взаимоотношения с СССР приоритетными и, придя к власти в 1933 году, позакрывали большинство факультетов в университетах, изучающих славянские и в том числе русский языки, а также государств и обществ Восточной Европы. Согласитесь, когда готовятся к войне с каким-то государством, наоборот, внимательно изучают его и готовят большое количество специалистов, тех же переводчиков. Когда война всё-таки началась, администрация Гитлера столкнулась с почти полным отсутствием специалистов, знатоков русского языка и культуры России. Те, которые были, это были в основном белые эмигранты, кстати, среди них было много и российских немцев. Очень большое и положительное влияние на Гитлера оказывал на начальном этапе развития НСДАП прибалт Макс Эрвин фон Шойбнер-Рихтер, который был одним из самых горячих сторонников немецко-русского сближения. В путче 1923 года он погиб, спасая Гитлера и прикрыв его от пули своим телом. Гитлер на протяжении всей жизни говорил, что это была его самая большая потеря.

    Когда Гитлер пришёл к власти, самым влиятельным знатоком России и СССР в НСДАП считался один из её ведущих идеологов, хотя, странным образом не пользовавшийся авторитетом ни у Гитлера, ни у ведущих деятелей НСДАП Альфред Розенберг. 17 июля 1941 года на основании указа Гитлера под руководством Розенберга было сформировано для управления оккупированными областями Имперское министерство оккупированных восточных областей, которому подчинялись рейхскомиссариаты. Это министерство большими успехами так и не отличилось и не в последнюю очередь из-за того, что не было квалифицированного представления, как управлять этими территориями и не было квалифицированных специалистов. К этому времени в НСДАП укрепилось мнение, что русские в СССР полностью пропитаны «жидобольшевизмом» и им нельзя доверять.

    Именно поэтому и было такое недоверие к Власовской армии и другим патриотам России, которые были готовы бороться с большевизмом на стороне Вермахта. И я с вами согласен, что это была величайшая ошибка руководства Германии, потому что большевицкую Россию можно было победить только в союзе с антибольшевицкой Россией. В то же время, я хотел бы обратить ваше внимание на то, каков был характер той русофобии, о которой вы говорите: национал-социалисты не страдали ненавистью к русскому народу как таковому, а не доверяли ему, считая его в основном уже «пропитанным ядом жидобольшевизма». В этом смысле следует понимать и содержание известной брошюры «Недочеловек» («Untermensch»). В то же время было активное сотрудничество с казачеством и другими народами СССР, это ведь тоже известно. В самом Рейхе жившие там русские (в основном эмигранты 20-х годов) не преследовались, многие из них сражались в Вермахте против большевизма. То есть не было такого тотального недоверия к русским в Рейхе, какое было к немцам в СССР. Убедительной мне представляется статья Николая Петрова «План "Ост", или хотел ли Гитлер уничтожить славян». (http://yun.complife.info/miscell/planost.htm). Мне также понравились статьи Антона Кузнецова «Про ужасы немецкой оккупации» и «Ваши радости – наши скорби. К очередной годовщине "Великой победы"». (http://pimtr.narod.ru/Dwe_okkupazii/Dwe_okkupazii.html#str3) Встречал я и убедительно аргументированные материалы о целях Гитлера на немецком языке.

    Категория: Русская Мысль. Современность | Добавил: Elena17 (23.04.2016)
    Просмотров: 95 | Рейтинг: 0.0/0
    Сайт создан в системе uCoz