Приветствую Вас Вольноопределяющийся!
Среда, 23.09.2020, 23:39
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Меню сайта

Категории раздела

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 4056

Статистика

Вход на сайт

Поиск

Календарь

«  Сентябрь 2012  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Архив записей

Друзья сайта


02:24
Юрий Болдырев. ПРИВАТИЗАЦИЯ – ЗАЛОГ ЛИ ЭФФЕКТИВНОСТИ?
Как точно сформулировал один из комментаторов к предыдущей статье, за действительно главную цель нынешней власти – масштабную приватизацию, никто бы не проголосовал. Цель это или лишь тактическая задача – оставим в стороне. Парадокс: никто не скрывал истинные намерения «главного патриота страны» и его команды, но на этом особенно и не акцентировалось внимание. А желающих знать и понимать оказалось недостаточно…

Как и обещал, кратко о предстоящей приватизации – в связи с записью на эту тему передачи на телеканале «Удивительная жизнь» («Amazing Life») в программе «Десятый вал». Это спутниковый и интернет-канал – обещали выложить в сеть в ближайшее время.

Итак, предстоящая масштабная приватизация стратегических активов. Обсуждать это пришлось как раз в тот день, когда Совет Федерации триумфально (при всего троих «несогласных») ратифицировал присоединение страны к ВТО (позднее президент подписал закон о ратификации – в субботу 21 июля). И что после этого сказать о приватизации, чего от нее ожидать гражданам России?

Мой ответ – ничего. Кроме, разумеется, очередного сверхобогащения тех, кто к процессу причастен. А также дальнейшего разрушения жизненно важной инфраструктуры (которая, впрочем, и сейчас рушится) и в будущем значительных издержек при попытках ее восстановить.

При этом, самым принципиальным мне представляется отнюдь не вопрос о «Роснефти» – это дело вполне поправимое. В том смысле, что в суверенном государстве с национально ориентированной властью, независимо от того, кто собственник добывающей компании, нет проблемы направить ее деятельность в национальных интересах, в том числе, через налоговые и таможенные механизмы выжать из нее все излишние необоснованные сверхприбыли в пользу государства и общества. Другое дело, что ВТО эти возможности существенно ограничивает, особенно, с учетом риска получения или перевода теперь ключевых месторождений на режим СРП. Именно здесь главная опасность. Но это – не вопрос именно приватизации, а вопрос, прежде всего, предательства со сдачей страны на неприемлемых (с точки зрения перспектив самостоятельного высокотехнологичного развития) условиях в ВТО.

Более принципиален вопрос с «Русгидро» и с РЖД – с нашими гидроэлектростанциями и железной дорогой. И то, и другое – жизненно важнейшая для нас инфраструктура. Нет ничего абсурднее и вреднее, чем в погоне за вульгарно понимаемой «эффективностью», не ставить перед инфраструктурой задачу обеспечения наилучших условий для работы (в том числе, для прибыльности) основных производящих секторов национальной экономики, но позволять инфраструктуре и даже стимулировать ее к работе с мотивом максимизации собственной прибыли…

Не говоря уже о том, что при прокладке железных дорог и, тем более, при строительстве гидроэлектростанций наносится столь неисчислимый ущерб природе (в современном понимании, включая последствия, которые в полном объеме сразу и невозможно предвидеть), что делать это возможно только и исключительно из соображений общего интереса и общего блага, а при переводе этого вопроса на коммерческие рельсы, по-честному расплатиться с обществом и государством, на самом деле, ведь будет вообще никогда невозможно…

И, наконец, о поражающей воображение, с моей точки зрения, просто уже серости и некомпетентности авторов идеи и программы приватизации. В своей книге «О бочках меда и ложках дегтя» (2003 г.) я описывал эту часть реформы электроэнергетики под заголовком «О введении в России конкуренции между разными сигналами светофора». И это аналогия почти полная. Действительно, ведь у каждого вида электростанций в общей системе есть своя функция (как у каждого сигнала светофора), и конкурировать они ни в коем случае не должны. Функция гидростанций в общей системе – регулирующая, так как именно на них можно чрезвычайно быстро поднять и сбросить мощность, что невозможно или весьма затруднительно и потому экономически не эффективно и на станциях атомных, и на крупных тепловых. То есть, конечно, все возможно, и регулировать систему можно без гидростанций вообще. Но только это элементарно дороже – часть энергии придется сжигать впустую. А значит, каждый киловатт, потребляемый нами, будет дороже по сравнению с системой, имеющей оптимальное регулирование.

И тут ведущий спрашивает: но ведь, действительно же, есть проблема – слишком высокий уровень «огосударствления» нашей экономики, и авторитетные эксперты утверждают, что для повышения эффективности экономики совершенно необходимо ее дальнейшее «разгосударствление»?

Мой ответ, если кратко, такой: наша экономика отличается от экономик США, Китая, Германии, Франции, Швеции и др., прежде всего, не долей госсобственности, но уровнем правопорядка и его (правопорядка) нацеленностью. У нас Мавроди получил 4 года тюрьмы, а в США он получил бы, может быть, 400 лет, ну, уж точно, не менее 40. Разница есть? И, главное, эта разница несопоставимо важнее разницы в соотношении доли госсобственности и доли частной собственности.

И обратите внимание: в период экономического кризиса от той «священной коровы», что навязывается нам (фетишизация частной собственности), США отступили – «Дженерал моторз», практически, национализировали, пусть и временно. Но даже столь же временно «либерализировать» свой УК (свои – в разных штатах разные), в том числе, составы по экономическим преступлениям, и, тем более, заменять тюрьму за взятки штрафами (как это пышным цветом цветет у нас), им и в голову не пришло.

Значит, неизменность чего для экономики важнее?

Как точно сформулировал один из комментаторов к предыдущей статье, за действительно главную цель нынешней власти – масштабную приватизацию, никто бы не проголосовал. Цель это или лишь тактическая задача – оставим в стороне. Парадокс: никто не скрывал истинные намерения «главного патриота страны» и его команды, но на этом особенно и не акцентировалось внимание. А желающих знать и понимать оказалось недостаточно…

Как и обещал, кратко о предстоящей приватизации – в связи с записью на эту тему передачи на телеканале «Удивительная жизнь» («Amazing Life») в программе «Десятый вал». Это спутниковый и интернет-канал – обещали выложить в сеть в ближайшее время.

Итак, предстоящая масштабная приватизация стратегических активов. Обсуждать это пришлось как раз в тот день, когда Совет Федерации триумфально (при всего троих «несогласных») ратифицировал присоединение страны к ВТО (позднее президент подписал закон о ратификации – в субботу 21 июля). И что после этого сказать о приватизации, чего от нее ожидать гражданам России?

Мой ответ – ничего. Кроме, разумеется, очередного сверхобогащения тех, кто к процессу причастен. А также дальнейшего разрушения жизненно важной инфраструктуры (которая, впрочем, и сейчас рушится) и в будущем значительных издержек при попытках ее восстановить.

При этом, самым принципиальным мне представляется отнюдь не вопрос о «Роснефти» – это дело вполне поправимое. В том смысле, что в суверенном государстве с национально ориентированной властью, независимо от того, кто собственник добывающей компании, нет проблемы направить ее деятельность в национальных интересах, в том числе, через налоговые и таможенные механизмы выжать из нее все излишние необоснованные сверхприбыли в пользу государства и общества. Другое дело, что ВТО эти возможности существенно ограничивает, особенно, с учетом риска получения или перевода теперь ключевых месторождений на режим СРП. Именно здесь главная опасность. Но это – не вопрос именно приватизации, а вопрос, прежде всего, предательства со сдачей страны на неприемлемых (с точки зрения перспектив самостоятельного высокотехнологичного развития) условиях в ВТО.

Более принципиален вопрос с «Русгидро» и с РЖД – с нашими гидроэлектростанциями и железной дорогой. И то, и другое – жизненно важнейшая для нас инфраструктура. Нет ничего абсурднее и вреднее, чем в погоне за вульгарно понимаемой «эффективностью», не ставить перед инфраструктурой задачу обеспечения наилучших условий для работы (в том числе, для прибыльности) основных производящих секторов национальной экономики, но позволять инфраструктуре и даже стимулировать ее к работе с мотивом максимизации собственной прибыли…

Не говоря уже о том, что при прокладке железных дорог и, тем более, при строительстве гидроэлектростанций наносится столь неисчислимый ущерб природе (в современном понимании, включая последствия, которые в полном объеме сразу и невозможно предвидеть), что делать это возможно только и исключительно из соображений общего интереса и общего блага, а при переводе этого вопроса на коммерческие рельсы, по-честному расплатиться с обществом и государством, на самом деле, ведь будет вообще никогда невозможно…

И, наконец, о поражающей воображение, с моей точки зрения, просто уже серости и некомпетентности авторов идеи и программы приватизации. В своей книге «О бочках меда и ложках дегтя» (2003 г.) я описывал эту часть реформы электроэнергетики под заголовком «О введении в России конкуренции между разными сигналами светофора». И это аналогия почти полная. Действительно, ведь у каждого вида электростанций в общей системе есть своя функция (как у каждого сигнала светофора), и конкурировать они ни в коем случае не должны. Функция гидростанций в общей системе – регулирующая, так как именно на них можно чрезвычайно быстро поднять и сбросить мощность, что невозможно или весьма затруднительно и потому экономически не эффективно и на станциях атомных, и на крупных тепловых. То есть, конечно, все возможно, и регулировать систему можно без гидростанций вообще. Но только это элементарно дороже – часть энергии придется сжигать впустую. А значит, каждый киловатт, потребляемый нами, будет дороже по сравнению с системой, имеющей оптимальное регулирование.

И тут ведущий спрашивает: но ведь, действительно же, есть проблема – слишком высокий уровень «огосударствления» нашей экономики, и авторитетные эксперты утверждают, что для повышения эффективности экономики совершенно необходимо ее дальнейшее «разгосударствление»?

Мой ответ, если кратко, такой: наша экономика отличается от экономик США, Китая, Германии, Франции, Швеции и др., прежде всего, не долей госсобственности, но уровнем правопорядка и его (правопорядка) нацеленностью. У нас Мавроди получил 4 года тюрьмы, а в США он получил бы, может быть, 400 лет, ну, уж точно, не менее 40. Разница есть? И, главное, эта разница несопоставимо важнее разницы в соотношении доли госсобственности и доли частной собственности.

И обратите внимание: в период экономического кризиса от той «священной коровы», что навязывается нам (фетишизация частной собственности), США отступили – «Дженерал моторз», практически, национализировали, пусть и временно. Но даже столь же временно «либерализировать» свой УК (свои – в разных штатах разные), в том числе, составы по экономическим преступлениям, и, тем более, заменять тюрьму за взятки штрафами (как это пышным цветом цветет у нас), им и в голову не пришло.

Значит, неизменность чего для экономики важнее?
ГАЙДПАРК
Категория: Статьи и комментарии | Просмотров: 288 | Добавил: rys-arhipelag