Приветствую Вас Вольноопределяющийся!
Понедельник, 18.10.2021, 01:50
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Меню сайта

Категории раздела

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 4068

Статистика

Вход на сайт

Поиск

Друзья сайта

Каталог статей


Алексей Барановский. Неправомерное применение антиэкстремистского законодательства: нарушения прав и свобод человека и гражданина. Часть 1.

Неправомерное применение антиэкстремистского законодательства: нарушения прав и свобод человека и гражданина, особенности правоприменительной практики в России 2008-2009 гг.

Краткая версия данного доклада в мае 2009 года была представлена на Международной научно-практической конференции «Права и свободы человека и гражданина: актуальные проблемы науки и практики» в Академии государственной службы при Президенте РФ в ЦФО, а так же на круглом столе «Молодежный экстремизм: причины возникновения и возможности предотвратить», прошедшем в Государственной Думе РФ при поддержке Комитета по делам молодежи ГД.

Структура доклада:

1) Недостатки антиэкстремистского законодательства РФ… ………………………… 2

2) Абсурдность антиэкстремитсткого правоприменения… ……………………………… 5

3) Покушения на свободу совести … … ………………………………………………………… 7

4) Ограничения свободы слова и научной деятельности …………………………………… 9

5) Нарушения прав человека и гражданина под предлогом борьбы с экстремизмом…11

6) Выводы и рекомендации ……………………………………………………………………… 14

(с) Москва 2009

 

 

1) Недостатки антиэкстремистского законодательства РФ.

Основу антиэкстремистского законодательства РФ составляют закон «О противодействии экстремистской деятельности» и поправки к другим законам, в т.ч. в УК РФ, в связи с принятием указанного Закона.

Наиболее употребимыми уголовными статьями по таким делам являются 282 статья УК РФ (возбуждение вражды и ненависти по национальному и пр. признакам), 280 (публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности), 282(1) и 282(2) (организация экстремистского сообщества и деятельности экстремистской организации), а так же многочисленные составы преступлений против личности, отягощенные таким недавно введенным квалифицирующим признаком, как совершение преступления по мотиву национальной вражды и ненависти.

Главное нарекание к антиэкстремистскому законодательству — его «резиновые» формулировки, позволяющие при желании оказывать воздействие на неугодные общественные организации, их активистов, редакции СМИ и отдельных журналистов. «Когда в Госдуме разрабатывался «Закон о противодействии экстремизму», в котором экстремизм начинается с насильственного изменения строя, а заканчивается критикой руководителей, я выступал против таких широких трактовок. Потому что это — правовая шизофрения. Я предлагал оставить экстремизм в зоне административной ответственности. Тем более что в нашем Уголовном кодексе нет понятия «террористическое сообщество», а «экстремистское» есть», — говорит в интервью «Ежедневному журналу» Владимир Овчинский, бывший начальник российского бюро Интерпола, генерал-майор милиции в отставке, который больше 20 лет занимается изучением организованной преступности.[1]

Но есть и еще одна важнейшая проблема — качество экспертизы, на основании которой суды делают выводы о виновности обвиняемых. Директор программы «Права человека» Смольного института свободных искусств и наук Дмитрий Дубровский так описал ситуацию: «Ученые гуманитарных и социальных наук либо обслуживают реальные заказы политической власти, либо — в меру своего представления о предмете — фактически своими экспертными заключениями «приговаривают» людей, «назначая» им статьи 282 и 280 Уголовного кодекса (возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды и публичные призывы к насильственному изменению конституционного строя РФ). Мне представляется, что здесь действительно тонкая грань, но грань эта должна проходить по презумпции невиновности». [2]

Практикующий адвокат, представитель Информационно-правозащитного центра «Русский Вердикт» Александр Васильев на пресс-конференции заявил: «Доказательственная база по т.н. «эктремистским» делам состоит из:

• самооговоров подследственных (полученных зачастую внеправовыми методами, в том числе и под пытками);

• заключений псевдоэкспертов не обладающих ни должным уровнем знаний ни элементарной научной порядочностью;

• обильных домыслов следствия, заменяющих недостающие по делу доказательства.

Сплошь и рядом в делах связанных с подозрениями в «экстремистском» преступлении против личности происходит нарушение права на защиту. При задержании подозреваемых им не предоставляется право телефонного звонка родным и адвокатам, применяются пытки для выбивания показаний от которых подследственные потом отказываются, но на суде в расчет берутся (оглашаются) только первые «подпыточные» признательные показания».[3]

В то же время, определение понятия экстремизма в соответствующем Законе напрямую имеет отношение в первую очередь к средствам массовой информации. Например, критика в средствах массовой информации лица замещающего государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, при исполнении им своих должностных обязанностей, в случае признания судом подобной критики — клеветой, что суды могут сделать с легкостью в отношении «неугодного» журналиста, повлечет за собой признания журналиста экстремистом.

Очень широкое определение экстремизма сочетается со сверхжесткими санкциями по отношению к организациям и СМИ. При этом постоянно с разных сторон слышатся голоса, что «надо еще жестче». Однако показательно, что и до принятия Закона в российском законодательстве уже существовали все возможности для пресечения экстремистской деятельности. Помимо Конституции РФ, запрещающей деятельность, направленную на возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды, статей Административного кодекса, в Уголовном кодексе имеется 282 статья, предусматривающая уголовную ответственность за «возбуждение национальной, расовой и религиозной вражды», и статья 4 Закона о СМИ, по которой не допускается использование СМИ для той же самой экстремистской деятельности. Целый букет статей УК: 148, 149, 213, 214, 243, 280 также пока еще никто не отменял.

Возникает вопрос, зачем же тогда принимать еще один Закон, который направлен на пресечение экстремистской деятельности? Ответ на вопрос довольно простой — необходимо было создать еще один «эффективный механизм» для контроля над общественными организациями, партиями и средствами массовой информации, что и было сделано.

По словам проф. М.А.Федотова, это не что иное, как возможность прекращения деятельности СМИ в «упрощенном порядке». «Тем самым, — заключает он, — подрывается демократический потенциал Закона о СМИ, разрушается его концептуальная основа, исходящая из того, что свобода массовой информации может быть ограничена только федеральными законами, относящимися к законодательству о средствах массовой информации (ст. 1 Закона о СМИ)».[4]

Если же говорить о пресловутой уже 282 статье УК РФ, то некоторые ее положения просто не имеет юридического смысла: «Статья 282. Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства.

1. Действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенные публично или с использованием средств массовой информации...», — гласит Уголовный кодекс РФ.

Каким образом можно возбуждать ненависть по признакам национальности, если ни один официальный юридический документ, удостоверяющий личность гражданина РФ, не фиксирует ни национальной, ни, тем более, религиозной принадлежности человека? Национальное и религиозное самоопределение по действующему законодательству является свободным, носящим заявительный характер. То есть каждый гражданин может свободно назвать себя хоть русским, хоть грузином, даже не имея под этим никаких, в том числе и генетических, оснований (так, например, во время переписи населения 2002 года национальность можно было вообще не указывать, а некоторые даже называли себя гоблинами, эльфами и проч.). [5]

Адвокат Александр Васильев в свою очередь продолжает анализ 282 статьи ЦК РФ с юридической точки зрения: «Фабула статьи сформулирована таким образом, что не дает правоприменителю никаких намеков на то, что же конкретно следует понимать под объективной стороной преступления. В свою очередь «размытость» формулировок приводит к тому, что трактовка этого состава со стороны правоприменителя может быть либо чрезвычайно узкой, фактически нивелирующей юридический смысл этой нормы (такая трактовка в настоящее время встречается в случаях, когда преступное посягательство направлено в отношении русских), либо чрезвычайно широкой, позволяющей привлечь к уголовной ответственности за любой чих (а с такой трактовкой приходится сталкиваться в случаях когда речь заходит о пресловутом «русском фашизме»).

Естественно, что такое положение дел приводит к тому, что принято называть «правовым беспределом» а именно, нарушают один из основополагающих принципов любой правовой системы — единообразие правоприменительной практики — в одних случаях конкретное деяние воспринимается как преступление, в других — нет (нарушение ст.ст. 4 и 11 УК РФ)».[6]

В настоящее время в Государственную думу РФ официально внесен документ с проектом поправок в УК и УПК РФ. Фракция ЛДПР предлагает отменить статью 282 Уголовного кодекса. Логику отмены пресловутой статьи вице-спикер Госдумы от фракции ЛДПР Владимир Жириновский видит в устранении неопределенности правовых норм её использования. Это не первая подобная инициатива Владимира Жириновского. На встрече премьер-министра России Владимира Путина с фракцией ЛДПР 16 сентября 2008 года лидер либерал-демократов уже обосновывал своё предложение по отмене 282 статьи: «По ней сидят только русские, ни одного представителя меньшинств, эту статью даже называют русской», — объяснил тогда Жириновский.[7]

2) Абсурдность антиэкстремитсткого правоприменения.

Расплывчатость антиэкстремистских формулировок и тенденциозная правоприменительная практика приводит не только к широкому недовольству среди политических активистов оппозиционного толка, СМИ и правозащитников, но и к откровенно абсурдным и ангажированным действиям правоохранительных органов.

Цитата: «Очень тяжело неповоротливым чиновникам сегодня бороться с экстремизмом. Хотя, конечно, их можно понять. Я бы и сам находился бы в перманентном затруднении. Вчера один был назначен экстремистом, сегодня уже — другой, причем, первый уже напротив, стал защитником суверенной демократии, а про третьего, так вообще ничего сверху не говорят, и самому надо решить — экстремист, или нет.

Как тут чиновникам не путаться? В затруднительных случаях они предпочитают все, на всякий случай, в экстремизм записывать. За действия, ну пожурят немного, а вот за бездействие обязательно разнос устроят. И потому приходится в каждом политическом событии — будь то пикет, перфоманс, да просто какое-то публичное заявление — разбираться минимум шести-семи чиновникам».[8]

Характерный пример — преследование «экстремистских» танков из местных клубов военно-исторической реконструкции в Новосибирске. Организаторы массового мероприятия в феврале 2008 года «Джипы против танков», прошедшего в Новосибирской области, в котором участвовали действующие модели немецкой бронетехники времен Второй мировой войны, обвиняются в экстремизме. Под Новосибирском тогда прошли состязания между танками и джипами на проходимость. Модели танков собирает местный житель Вячеслав Веревочкин. В ходе мероприятия состоялось театрализованное представление с участием советского танка Т-34 и немецкого 38Т «Прага».

На следующий день Вячеслава Веревочкина вызвали в прокуратуру, придравшись в первую очередь к изображенному на танке стилизованному немецкому военному кресту. «Какой тут экстремизм, если наши в театрализованном бою все равно победили? Никакой пропаганды нацизма ни у кого не было», — считает Вячеслав Веревочкин. Пока же суд оштрафовал пенсионера на 100 руб. за нарушение правил дорожного движения — перевозку людей вне кабины машины (на танках сидели люди). Но для организаторов состязаний последствия могут оказаться серьезнее.

Наблюдатели полагают, что прокуратура зря пытается раскручивать эту историю. «У нас некоторые люди, чтобы навесить себе на погоны лишние звезды, начинают охоту на ведьм, — сказал «НГ» депутат горсовета, руководитель отделения Конгресса русских общин Александр Люлько. — По-моему, у прокуратуры есть масса других возможностей себя проявить, но ведь с крестами на танках бороться легче».

«Действия прокуратуры — это очень большой перегиб», — полагает, в свою очередь, секретарь обкома КПРФ Ренат Сулейманов. — Сейчас ввели статью «за экстремизм», и все правоохранительные органы готовятся отчитаться по количеству пойманных экстремистов». По словам собеседника «НГ», «если экстремистов нет, их приходится придумывать».[9]

В Советском районном суде города Иванова брошюру Александра Севастьянова «Азбучные истины национализма» признали экстремистской по представлению прокурора Ивановской области, которого зовут Мурат Азраилович Кабалоев (кстати, Азраил — это ангел смерти у мусульман). А экспертизу давала профессор-лингвист Фарахутдинова из Ивановского Университета. В ее заключении есть гениальная фраза: брошюра-де «носит ярко выраженный прорусский (!) характер». Эта формулировка перекочевала из экспертизы в обвинительное заключение прокуратуры, а потом в решение суда.

Вдумайтесь в формулировочку! «Ярко выраженный прорусский характер»! Вот что теперь у нас, оказывается, криминал! Но ведь так надо будет запретить и «Бородино» Лермонтова, «Полтаву» Пушкина, «Войну и мир» Толстого, «Дневник писателя» Достоевского и всего Гоголя (а в первую очередь — «Тараса Бульбу»)! Ведь это все произведения с поистине ярко выраженным прорусским характером!

Интересно, что областной прокурор Кабалоев, осетин, признал криминалом «прорусский характер» брошюр как раз в то время, когда русские ребята проливали кровь и отдавали свои жизни в Южной Осетии за то, чтобы соплеменники Кабалоева были живы и свободны.[10]

3) Покушения на свободу совести.

Уголовное дело по обвинению в совершении преступления, предусмотренного статьей 282 УК РФ, рассматривался Армавирским городским судом Краснодарского края в отношении обвиняемого независимого юриста Андрея Мозжегорова. Армавирский судья Александр Поликарпов 14 января 2009 года приговорил Андрея Мозжегорова, к четырем месяцам колонии-поселения за распространение православной брошюры. Приведенные в ней слова из Евангелия от Иоанна суд признал экстремистскими.

Юристу инкриминируется распространение в 2007 году брошюры афонского монаха Афанасия «Отдайте нам Родину!», текст которой, по мнению армавирской прокуратуры, возбуждает межнациональную ненависть и вражду.

Обвинительное заключение против Мозжегорова основано на результатах последней экспертизы, сделанной в Краснодарской лаборатории судебных экспертиз и криминалистического отдела ГУВД Краснодарского края. Из этого заключения, в частности, следует, что слова Христа в Евангелии от Иоанна «Ваш отец диавол» (Ин. 8:44), обращенные к иудеям, являются «экстремистскими». Также экстремизм, по мнению следователей и суда, содержится в словах Христа о «бисере» и «свиньях», которые якобы возбуждают ненависть и вражду к евреям, азербайджанцам, таджикам и к «лицам кавказской национальности», а также унижают их национальное достоинство.[11]

Позже 4 марта 2009 года Краснодарский краевой суд вынес определение об отмене обвинительного приговора Мозжегорову. Суд отменил приговор и направил дело прокурору Армавира на основании нарушения срока предварительного расследования дела. Однако УПК РФ не допускает возвращения уголовного дела прокурору со стадии кассационного рассмотрения. Дело может быть либо прекращено, либо направлено в суд первой инстанции. Как бы то ни было — 2 месяца Андрей Мозжегоров провел в тюрьме за цитирование Библии.

«Меня обвиняют в экстремизме», — рассказал духовник Женского монастыря в честь иконы Божией Матери «Владимирская» архимандрит Серафим (Левитских), в отношении которого возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282 УК РФ. «Я регулярно посещаю колонии, в одной из которых я дал осужденным текст о масонстве, о сионизме, о глобализации и т. д. Я не знаю, каким образом этот текст оказался у следователей, я совершенно не подумал, что в колонии регулярно проводятся обыски. Меня также обвиняют в том, что я прислал заключенному видеофильм «Россия с ножом в спине. Еврейский фашизм и геноцид русского народа». Этот фильм хорошо известен. По этим двум причинам и возбудили в отношении меня уголовное дело. Хотя не имели на это никакого права, для возбуждения уголовного дела не было никаких оснований. Я ведь не публично распространял эти материалы. Об экстремизме можно говорить только тогда, когда к насилию против кого-то призывается группа людей, а я лично в руки отдал текст одному заключенному, а фильм передал тоже одному человеку».[12]

В ходе выборов Патриарха усилили на всякий случай все столичные спецслужбы. Ну, и не работать же вхолостую запущенному механизму. Надо показывать активность.

Вот так 26 числа в самый разгар свободных честных и прямых выборов Святейшего, аккурат к Храму Христа Спасителя приехала организованно на автобусе тридцатка православных старушек из города Углича. Выгрузившись, бабушки сразу же подкатили к дежурившим правоохранителям с вопросом: «Мы, мол, приехали помолиться все вместе, чтоб Кирилла на пост Патриарха не избрали, ну, и здесь прям, чтоб, не отходя от кассы, если помолимся — не вариант?». Но, правоохранители помозговали, и ответили, что, мол, безусловно, не вариант. На вопрос: «А где?», ответили: «Да где угодно, но главное, чтоб не здесь». Тогда пришел уже черед старушек держать совет, они подискутировали и решили ехать молиться куда-то в район Бауманской.

И все бы ничего, да высокое руководство прознало про эскадрон залетных старушек, и дюже испугалось: это же, скорее всего экстремизм профукали! После чего разгневалось и повелело мигом поставить за бабушками «наружку», а спустя какое-то время решило и вовсе задержать религиозных террористок. Последнее четко исполнили силы ОМОН, задержав транспорт со злодейками на МКАДе.

Впрочем, потом вышли затруднения, никакое остальное руководство не захотело признавать в бабушках экстремисток, и они были отпущены с миром. Но все равно бдительность была проявлена.[13]

Наиболее вопиющими действиями властей против свободы исповедания веры русскими людьми был разгон крестных ходов в Москве и арест их участников 4 ноября 2008 года, в день православного праздника иконы Казанской Божией Матери. В вину одному из организаторов крестного хода Г.П.Сальникову было поставлено, что он передвигался в группе граждан, имел при себе икону и «напевал церковные песни». В протоколе задержания было указано, что он имел при себе «флаг церковного содержания»…

В тот же день около полусотни православных верующих решили с иконами и деревянным крестом были задержаны ОМОНом в момент прохождения по набережной возле Кремля.

Московские власти систематически отказывают православным и русским в реализации их конституционных прав на уличные шествия. При этом для нетрадиционных для России конфессий создан режим наибольшего благоприятствования. Так, на протяжении ряда лет московские власти ежегодно перекрывают центр Москвы для проведения ирландского праздничного шествия в честь «праздника святого Патрика».[14]

4) Ограничения свободы слова и научной деятельности.

3 марта 2009 года в Общественной палате впервые публично поставили вопрос о том, что делать с быстро растущим списком экстремистских материалов, который на своем сайте размещает Министерство юстиции. «Составление этого списка опасно для государства, оно неэффективно и лишь обостряет отношения между государством и верующими», — считает Андрей Себенцов, начальник отдела по взаимодействию с общественными и религиозными объединениями департамента массовых коммуникаций, культуры и образования Правительства. По его данным, многие книги запрещены из-за цитат из Священного писания. «Такими темпами послезавтра дойдет до запрещения Библии», — опасается он.[15]

Федеральной службой по надзору в сфере связи,

информ. технологий и массовых коммуникаций вынесено предупреждение журналу «Русский Newsweek» за статью «Кто с мечетью к нам придет» в №40 от 29.10.2008г.[16] И список предупреждений СМИ продолжает расти.

Преследование ученых за их научные исследования и убеждения начались с дела профессора Виктора Авксентьева (Ставропольский Госуниверситет). Процесс против ученого, издавшего монографию о межэтнических конфликтах на Ставрополье, начался в декабре 2002 года.

Работа, за которую краевая прокуратура решила привлечь Авксентьева к ответственности, выполнялась в рамках большого проекта по заказу администрации края. Ученые должны были исследовать ситуацию в области межэтнических отношений и выработать рекомендации. В рамках проекта социологи провели опросы и интервью практически во всех областях края. Результаты исследования оказались неутешительными: напряженность межнациональных отношений в крае очень высока, но эффективных технологий снижения этой напряженности пока еще нет. Ученые привели не только результаты социологических опросов, но и наиболее жесткие высказывания жителей края в адрес различных этнических групп. Кроме того, результаты опроса показали, что этнические русские жители края из-за изменившейся под давлением миграционных процессов ситуации испытывают недовольство оттого, что перестали играть роль «первого среди равных», и надеются на государственную поддержку.

Потребовалось вмешательство серьезных научных и общественных сил, чтобы поставить на место зарвавшихся ставропольских прокуроров. Им удалось довести дело Авксентьева до суда, но ученый был оправдан.[17]

Произошедшее же с преподавателем истории Университета МВД, Заслуженным юристом Российской Федерации Василием Дрожжиным иначе как показательной расправой не назовешь. Написанный им учебник «История отечественного государства и права 1985-1991 г.г.» издан в Университете МВД РФ (Санкт-Петербург). В конце апреля появились сообщения, что весь тираж учебного пособия профессора Василия Алексеевича Дрожжина уничтожен самим же Университетом. Ибо университетская комиссия пришла к выводу, что учебник не может быть использован в образовательном процессе и подлежит уничтожению, так как отражает субъективные взгляды автора. Сам профессор уволен. Учебник сожгли, а автора, на днях отметившего 80-летний юбилей, уволили, да не просто так, а по статье за прогул!

Профессор Дрожжин работал в органах прокуратуры с 1959 по 1979 год, из них 15 лет прокурором городов и районов Ленинградской области, затем верно служил науке и педагогике. Его многолетний труд отмечен медалями, многократными поощрениями и благодарностями. В 2004 году ему Указом Президента РФ присвоено почётное звание «Заслуженный юрист Российской Федерации». Только в 2006-2008 годах профессор десять раз поощрялся руководством. В том числе, в феврале 2009-го грамотой «За активную и плодотворную научную деятельность». Да и учебное пособие, несомненно, было официально одобрено к изданию.

Но после вмешательства определённых сил пособие изымается, уничтожается, высококлассный специалист становится неугоден. За что же?

Вот выдержки из книги:

«Троцкий был прямым резидентом сионистских кругов в России… Он стремился возглавить диктатуру пролетариата вовсе не для того, чтобы облегчить судьбу обездоленных трудящихся, а для того, чтобы иметь максимум возможностей для реализации установок мировы сионистских кругов»; «В кругу своих единомышленников» Л. Д. Троцкий (Бронштейн) задумал «превратить Россию в пустыню, населенную белыми неграми»; «Сионисты физически устранили Сталина»; «И. В. Сталин как никто другой понимал, что троцкизм только часть айсберга, имя которому сионизм, и знал конечные цели последнего, какую угрозу он нес Советскому Союзу, дав его приверженцам общее имя «врагов народа»; «Разгром немецкого фашизма не означал, что у Советского Союза не стало врагов. Оставался и стал набирать силу старший брат фашизма — сионизм».

Сегодня все вышесказанное — банальные, всем известные истины. К примеру, вот что пишется на сайте центрального телеканала «Россия» в анонсе документального фильма «Лев Троцкий. Тайны мировой революции»:

«Лев Троцкий — одна из самых зловещих фигур в истории России ХХ века. С его именем связаны ключевые акты трагедии государства — так называемая пролетарская революция, катастрофический Брест-Литовский мир, Гражданская война, «красный террор» и разграбление страны… Авторы, используя уникальные документальные материалы и зарубежные исследования, впервые на экране «вскрывают» тайные связи «Красного Бонапарта» с банковским интернационалом, чьим стратегическим замыслам служил Троцкий».

Соответствующий фильм, однако, спокойно прошел по всероссийскому телеэкрану, не подвергаясь никаким преследованиям. А учебник Дрожжина полетел в огонь. Причем на сей раз, вопреки закону, обошлись без прокуроров и судей. Как известно, последние слова Джордано Бруно, сказанные им на костре, были: «Сжечь, — ещё не значит опровергнуть!». Почему учебник уничтожен по решению комиссии? Кто ей дал подобное право? Разве есть какие-либо решения судебных, следственных органов по учебному пособию? Разве книга кем-то признана экстремисткой? Нет. Комиссия, руководство Университета, считаю, незаконно присвоили себе функции следствия и суда.[18]

Не вписываются в современные всё сильнее сужающиеся рамки свободы слова и анализа ситуации не только ученые, но и бывшие крупные начальники. Мещанский районный суд Москвы признал брошюру бывшего начальника столичного уголовного розыска полковника милиции Юрия Федосеева экстремистской, сообщает РИА Новости со ссылкой на пресс-службу московской прокуратуры. Автор брошюры «Ксенофобия или самооборона» занимал должность начальника МУРа с 1991 по 1994 год. В своей книге Федоссев приходит к выводу о том, что в России проживает слишком много евреев и выходцев с Кавказа.[19]

 
Категория: Русская Защита | Добавил: rys-arhipelag (02.10.2009)
Просмотров: 639 | Рейтинг: 5.0/1