Приветствую Вас Вольноопределяющийся!
Вторник, 28.09.2021, 21:52
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Меню сайта

Категории раздела

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 4067

Статистика

Вход на сайт

Поиск

Друзья сайта

Каталог статей


Константин Стожко, Алексей Кокорин. Исторический опыт экономических реформ в России: итоги и уроки. Часть 1.
Чему учит исторический опыт экономических реформ в России? Вот центральный вопрос, который требует сегодня, в условиях разворачивающегося мирового финансового кризиса, обоснованного ответа.

Основной вектор всех социально-экономических преобразований в России, начиная с XVв. был связан с догоняющим сценарием развития. На этом основании некоторые экономисты и историки, как в нашей стране, так и за рубежом, делают вывод об исторической отсталости нашей страны. Но так ли это? В истории России не раз и не два бывали периоды, когда она становилась лидером экономического и политического развития на мировой карте. Вспомним Х в., когда русские князья угрожали Византийским императорам "шлемами своих дружинников вычерпать воды Босфора". Вспомним ХI в., когда с семьей Ярослава Мудрого сочли за честь породниться короли Франции, Венгрии и других стран, признавая мощь и величие Киевской Руси. Скажут, что это было давно. Вот более свежий пример: после разгрома армии Наполеона и освобождения Европы Россия оказалась единственной великой мировой державой, сохраняя свой статус вплоть до Крымской войны 1855 г.

Естественно, что в основе политических подъемов страны всегда оказывались подъемы экономические – на незыблемом духовно-нравственном фундаменте. Поэтому анализ циклического характера развития российской национальной экономики, ее динамики в ретроспективе представляется крайне актуальным.

Сегодня широко известны причины того огромного отставания в социально-экономическом развитии, которое было характерным для нашей страны на протяжении почти половины истекшего тысячелетия. Эти факторы оказывали сдерживающее влияние на саму экономическую динамику и детерминировали во многом "запаздывающий" характер многих социально-экономических реформ, осуществлявшихся в стране.

Во-первых, это природно-климатический фактор. Вся территория России исторически находилась и находится в зоне повышенных геотермальных рисков: даже зона рискованного земледелия составляет менее 10% современной ее территории; зоной же гарантированного земледелия страна практически не располагает. Некоторые оппоненты могут возразить, что речь идет о современной территории России, оставшейся после распада СССР. Но достаточно вспомнить, что свои южные территории, наиболее благоприятные для сельскохозяйственной деятельности, Россия приобрела только в конце ХVIII – начале ХIХ вв. Их хозяйственное осваивание, продолжавшееся практически весь ХIХ в., стало первым этапом в структуре жизненного цикла данного фактора национального производства. А известно, что на первом этапе жизненного цикла любого фактора производства затраты на освоение оказываются максимальными, а отдача наименьшей. Можно утверждать, что плодами трудозатрат русского народа на включение южных территорий некогда обширной Российской империи в единое экономическое пространство, их подтягивания до уровня среднемирового развития сегодня пользуются другие народы, населяющие страны СНГ.

Сегодня же, после распада СССР, три четверти территории нашей страны занято зоной вечной мерзлоты (это около 11,5 млн. кв. км из 17,4 млн. кв. км. общей площади), а на большей части остальной ее территории глубина промерзания достигает 1,5 метра. По климатическим условиям практически 2/3 территории России относится к северным и приравненным к ним территориям. Причем, в отличие от комфортных северных территорий Европы, омываемых теплым течением Гольфстрим, северные территории России характеризуются куда более суровыми и неблагоприятными условиями. Здесь и мировой центр холода (Оймякон), и самые незаселенные на планете земли, где плотность населения ничтожна (а оседлое население порой вообще отсутствует). Среднегодовая температура в целом в нашей стране составляет -5,5 градусов, тогда как в странах Западной Европы она превышает +10 градусов.

Все эти обстоятельства объективно обусловливают более низкую степень экономической эффективности хозяйствования. Так, себестоимость барреля кувейтской нефти составляет 4 долл., а тюменской – 14 долл., что в 3,5 раза выше. Биопродуктивность растениеводства в России колеблется от 10 до 150 ц/га, а в США – от 100 до 300 ц/га. В России для нормального существования требуется около 8 тонн условного топлива на душу населения в год, что превышает среднемировую цифру почти в 3 раза. Экономика же США (за исключением Аляски) вся функционирует на широтах южнее Киева, а две трети ее расположены в зоне тропиков и субтропиков. То же можно сказать о Франции и странах центральной и южной Европы, в которых на открытом грунте выращивают два (в некоторых даже три) урожая в год.

Возьмем транспортные расходы: на доставку грузов и пассажиров на большие расстояния в нашей стране затрачивается средств до 50% от их стоимости, в США – менее 20%, в странах Западной Европы – менее 10%. При этом, в связи с масштабом территории, плотность транспортной системы в нашей стране объективно была и остается гораздо меньшей по сравнению с транспортными системами развитых индустриальных стран Европы. Затраты на строительство транссибирской железнодорожной магистрали или же шоссейной дороге из Магадана в Якутск и далее в центр России вообще не имеют аналогов в мире. Таким образом становится понятным, почему даже сегодня, в начале ХХI в., РФ занимает только 44 место в списке из 87 стран по конкурентоспособности своего производства. И так было практически всегда. Даже в годы советской экономики относительно высокая конкурентоспособность нашего производства (в основном машиностроения, оборонки, газо- и нефтедобычи) достигалась за счет экстенсивных факторов.

Второй фактор в ряду причин, обрекавших социально-экономическое развитие нашей страны в прошлом на догоняющий сценарий и продолжающий оказывать свое негативное влияние и сегодня связан с геополитическими условиями, в которых жила и живет наша страна. Россия, как известно, евразийская страна. Конечно, глупо из этого обстоятельства делать выводы о том, что Россия – маргинальная страна. А именно этот вывод делают современные евразийцы и некоторые либералы. Но нельзя не видеть и того, что Россия ? своего исторического времени вынуждена была воевать с агрессорами, защищать свою независимость, свой народ, свою культуру. А это требовало колоссальных затрат на оборону, на восстановление, на очередную индустриализацию и модернизацию ее производительных сил.

Достаточно напомнить, что только период монголо-татарского ига отбросил нашу страну в ее развитии на столетия назад. Если до монгольского нашествия Русь была процветающей и великой страной, "страной городов", могущественным государством, с которым за честь считали подружиться европейские страны, то период с 1240 по 1480 гг. стал для нашей страны трагическим. Людские потери за этот период оказались огромными: население страны сократилось почти в 10 раз. Из более чем 100 русских городов (по данным археологов) 49 были полностью уничтожены, причем в 15 из них жизнь так и не возобновилась. Произошло исчезновение многих ремесленных специальностей, таких как скань, чернь, перегородчатая эмаль, витражное дело, полихромная поливная керамика, резьба по камню. Пришло в упадок строительство: монголы запрещали строить на Руси каменные здания. А тяжелейшее финансовое бремя (одних только ордынских налогов насчитывалось 14 видов) душили развитие торговли, земледелия, скотоводства, ремесел. К сожалению, с легкой руки некоторых наших историков (в том числе Л.Н.Гумилева) стало модным утверждать, что в истории нашей страны будто бы не было никакого монгольского ига. Оставим эти заявления на совести таких историков. Заметим лишь, что Русь приняла на себя мощнейший удар и фактически спасла европейские страны от разорения и уничтожения монголами.

Вспомним еще об одном трагическом этапе – последствиях Великой Отечественной войны. В результате этой войны наша страна потеряла 2/3 своего национального богатства. Погибло больше 27 млн. наших сограждан, было разрушено 1710 городов, свыше 70 тыс. сел и деревень, 32 тыс. промышленных предприятий, 82 тыс. школы, 334 вуза, 427 музеев, 43 тыс. библиотек. Ни одна страна в мире, кроме нашей, не понесла таких колоссальных потерь. Только прямой материальный ущерб России в этой войне составил около 700 млрд. руб., что, в сопоставимых ценах, равно почти 30 трлн. долл. США. А общие издержки нашей страны в годы войны составили 1890 млрд. руб, что, опять же в сопоставимых ценах, равно примерно 100 трлн. долл. США по нынешнему их курсу. Это превышает суммарно бюджеты США за последние двадцать лет. Но вот ведь парадокс: народное хозяйство СССР было восстановлено и вышло на довоенный уровень уже через пять лет после окончания войны. Не то, что сейчас: после распада СССР мы никак не можем выйти по объему ВВП на уровень 1991г. А прошло-то уже семнадцать лет! В чем тут дело? Не оказались ли рецепты оздоровления нашей экономики, предложенные западными экспертами, изначально порочными?

Нас часто спасал здравый смысл и героизм народа, его самоотверженность и патриотизм. Какая другая страна знала такие экономические подвиги, как эвакуация в годы войны 1523 предприятий в восточные регионы страны? И ведь такая крупномасштабная акция была осуществлена всего лишь за первое полугодие войны! Таких стран, где можно увидеть в истории экономики нечто подобное, на земле не было, нет и не будет. А вот факторов, подобных этим, в истории нашей страны было не два и не три, а десятки и десятки. И их роль необходимо учитывать при оценках эффективности нашей экономики. Не случайно в народе говорят: "Что для русского здорово, то для немца смерть". Никакие немецкие грюндеры или американские фермеры в таких природно-климатических и геополитических условиях просто не выжили бы. Перемерзли бы поголовно и напрочь!

Третий фактор, обрекавший нашу страну на догоняющий сценарий социально-экономического развития, связан с западничеством. Совершенно правильно определил суть западничества митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев), который сказал: "В основании западничества как религиозного и культурного явления, как болезни русского национального самосознания, лежат причины прежде всего духовного, мистического характера. Западничество вообще есть обморок нашего самосознания". Давайте вспомним, сколько же сил было затрачено на борьбу с этой болезнью, с этим "обмороком нашего самосознания". И как часто в нашей стране борьба между западничеством и почвенничеством, западничеством и славянофильством, западничеством и державностью заканчивалась в пользу именно западников.

Даже такие крупные реформаторы как Петр Великий или адмирал Николай Семенович Мордвинов, инициатор денежной реформы 1839-1844гг. граф и министр финансов Егор Федорович Канкрин, или организатор аграрной реформы 1839г., граф и министр государственных имуществ Павел Дмитриевич Киселев испытывали на себе влияние западничества. А что уж говорить о чистом западнике Михаиле Михайловиче Сперанском или о чистом западнике Сергее Юльевиче Витте! Реформы, осуществленные этими реформаторами, оказались не просто противоречивыми, но во многих отношениях даже вредными. Вспомним хотя бы денежную реформу С.Ю.Витте (1897г.), так красочно рекламируемую современными либералами-западниками. Она, видите ли, по их словам, и укрепила российский рубль, и способствовала подъему российской экономики. А то, что Россия "благодаря" этой реформе потеряла практически весь свой золотой запас, перекочевавший в зарубежные банки, и превратилась в самого крупного международного должника, авторы этих побасенок почему-то стыдливо умалчивают.

Конечно, были в истории социально-экономических реформ в нашей стране и настоящие почвенники, которые понимали необходимость опираться на свои собственные силы и очень осторожно относиться ко всякого рода советам и новациям из-за рубежа. Среди таких почвенников можно вспомнить и псковского воеводу боярина Афанасия Лаврентьевича Ордын-Нащокина, автора "Новоторгового устава", ставшего в истории нашей страны первым Таможенным кодексом. Можно вспомнить и об Иване Тихоновиче Посошкове, авторе фундаментального сочинения "Книга о скудости и богатстве народном"(1724г.). Можно и нужно вспомнить и Михаила Васильевича Ломоносова, который верил в то, что богатство российское будет прирастать не Европой, а Сибирью, и ратовавшего за освоение Северного морского пути. Особое место в ряду русских реформаторов занимает и Дмитрий Иванович Менделеев, автор фундаментальной теории рационального размещения производительных сил; именно он разработал самый эффективный в истории нашей страны протекционистский таможенный тариф, получивший в истории название "менделеевского тарифа".

Если проанализировать феномен западничества в истории российских реформ, то можно обнаружить поразительный факт: экономические реформы в истории нашей страны только тогда давали системный положительный результат, когда они опирались на традиции и культурные достижения нашего народа, соответствовали основным идеалам русского православия, строились и проводились в интересах самого русского человека. Именно так и поступал министр финансов Николай Христофорович Бунге, известный как разработчик фабрично-заводского законодательства и создатель Крестьянского банка в России (1882г.). Именно так поступал и другой великий реформатор Петр Аркадьевич Столыпин, автор и организатор знаменитой аграрной реформы 1906-1911гг. В результате этой реформы крестьяне, наконец-то, получили землю в собственность.

Чего, однако, в этой связи стоят измышления некоторых современных либералов, обвиняющих П.А.Столыпина в деспотизме, неуважении к закону. Он, видите ли, распустил Государственную Думу для того, чтобы провести нужные ему законы. Но он не расстреливал эту самую Думу, как это сделал "демократический" президент России. Б.Н.Ельцин. Это не он, не П.А.Столыпин терроризировал общество, а на него, на П.А.Столыпина было совершено 11 покушений, в результате которых были взорваны десятки ни в чем не повинных людей, пострадали сын и дочь реформатора, а он сам получил две пули в живот. Передергивание фактов – любимый прием недобросовестных и ангажированных историков и экономистов.

Так, некоторые из них заявляют, что аграрная реформа 1906-1911 гг. будто бы потерпела крах, поскольку частной собственностью на землю обзавелось всего-то 2,5-3,0 млн. крестьянских хозяйств. И это в стране со ста миллионами аграрного населения! Но вот ведь парадокс: оказывается, что 2,5 или 3,0 млн. крестьянских хозяйств – это не мало, а много. Если вспомнить, что индекс семейности составлял в начале ХХ в. в России 14-16 человек, а семьи были многочисленными (не то, что сейчас), то, умножив эти цифры, мы получим совершенно другой результат: от 30 до 50 млн. чел, т.е. половину аграрного населения. И это всего за четыре года реформы! Прав был лидер российских большевиков В.И.Ленин, когда писал: "Еще пять лет, и социалистическая революция в России станет просто невозможной". И прав был немецкий кайзер Вильгельм, когда, выслушав доклад комиссии, отправленной им для изучения ситуации в России, он заявил "Если так пойдет дело и дальше, Россия в скором времени окажется для нас недосягаемой".

К сожалению, борьба почвенничества и западничества породила такую характерную особенность российских реформ, как их обратимость. Реформы в России часто оказывались непоследовательными и незавершенными, противоречивыми и поверхностными именно в силу исторического противостояния почвенничества и западничества, в силу этой исторической болезни нашего самосознания.

А отсюда четвертый фактор, оказывавший влияние на поступательный характер реформ – ошибки самих реформаторов, их просчеты в осуществлении реформ. Как говорил не так давно В.С.Черномырдин, автор известной аферы с ГКО, перед которой меркнут любые пирамиды типа МММ или Селенга, "хотели как лучше, а получилось как всегда". Высшая российская бюрократия хорошо умела и постоянно выхолащивала даже правильные замыслы многих российских реформаторов, чего же говорить о замыслах ошибочных! Если кто-то из реформаторов продолжал отстаивать свои идеалы, российская бюрократия с ним быстро расправлялась.

И это было не только в дореволюционный период нашей истории, но и в после 1917 г. Вспомним о расстрелянных в конце 30-х годов крупнейших экономистах: о Николае Дмитриевиче Кондратьеве, основоположнике генетического подхода в планировании; об авторе теории трудовых семейных крестьянских хозяйств Александре Васильевиче Чаянове. Вспомним о Нобелевском лауреате по экономике Василии Леонтьеве и одном из создателей социологии и культурологии Питириме Сорокине – русских ученых. Не по своей вине они оказались за пределами своей Родины. Вспомним о Н.А.Вознесенском, крупном экономисте и руководителе правительства в годы Великой Отечественной войны, расстрелянном вскоре после ее окончания. Вспомним о Н.Худенко, разработчике идеи бригадного подряда, которого советская бюрократия уже в 60-е гг. ХХ в. сгноила в тюрьме.

О какой успешной модернизации российской экономики можно говорить при таком отношении власти к ученым-экономистам! И вот результат. Как свидетельствует современный крупный американский экономист, Нобелевский лауреат по экономике Д.Стиглиц, опустошение, вызванное либеральными реформаторами в экономике России в 90-е гг. ХХ в. было большим, чем даже в годы Великой отечественной войны. В период 1940-1946 гг. промышленное производство в СССР сократилась на 24%, тогда как за период 1990-1999 гг. оно упало на 60%. В своей книге "Глобализация: тревожные тренды" Д.Стиглиц прямо утверждает, что реализация так называемого "либерального" проекта реформирования российской экономики явилась причиной ее деградации. Россия из индустриальной державы превратилась в преимущественно сырьевую. За период с 1990 по 1999г. из России было вывезено более 500 млрд. долл. капиталов. Утечка мозгов из страны наносит ежегодно от 50 до 60 млрд. долл. ущерба. Такова цена прозападных псевдо-либеральных реформ, осуществленных в нашей стране в 90-е гг. истекшего столетия.

И ведь никто из инициаторов этих "реформ" так и не ответил перед судом, никто не понес наказания за свои эксперименты! Критика 90-х гг. – этих "лихих лет" – дежурное блюдо для современных экономистов. Достаточно вспомнить утверждения бывшего советника по экономике бывшего президента России А.Илларионова, заявляющего сегодня в США, куда он перебрался на жительство, что все ХХ столетие оказалось для России потерянным. Согласиться с такими суждениями нельзя. Но почему даже сами западники дают подобные оценки? Не потому ли, что мы брали на вооружение бредовые идеи западных экономистов? Не потому ли, что нам, например, внушали, будто рост заработной платы неизбежно способствует росту инфляции (тезис У.Филлипса)?

Поскольку заработная плата входит в издержки производства, рассуждали западные экономисты и их российские последователи, то необходимо сокращать или хотя бы сдерживать рост заработной платы, чтобы не позволить инфляции перейти дозволенные рамки. Но вот ведь какая штука: ни Минфин РФ, ни Центральный банк РФ с 1992 по 2008 гг. ни разу не угадали, какой же будет инфляция в очередном финансовом году, ни разу не удержали ее в декларированных границах. Что там, непрофессионалы работают, что ли? Или все-таки изначальные теоретико-методологические установки выбраны были неверно? Скорее – второе. Ведь если заработная плата будет расти, то она будет в еще большей степени мотивировать работника к повышению производительности труда. Но вот этого-то как раз и не хотели допустить западные советники. При этом, о раздутых управленческих расходах они почему-то ничего нашим чиновникам не говорили. Но именно эти расходы, а не заработная плата, стали катализатором инфляции издержек, которая стала могильным камнем на кладбище наивных надежд наших доморощенных монетаристов.

И вот ведь какая зараза эта самая западная экономическая теория! Даже такой крупный наш экономист, как Л.И.Абалкин, будучи еще вице-премьером в последнем советском правительстве Н.И.Рыжкова, "ничтоже сумняшеся", требовал, чтобы рост заработной платы никоим образом не опережал роста производительности труда? Он, видите ли, боялся, что рост заработной платы, а не раздутые управленческие расходы правительства, "разорят" нашу экономику. Откуда пошла вся эта псевдо-экономическая белиберда, как не с Запада?

Что же касается Е.Т.Гайдара, то, отпуская цены, этот "реформатор" просто забыл о реальном секторе отечественной экономики. Он, видимо, думал, что "Запад нам поможет". Но, как и в романе наших юмористов, это оказалось очередным блефом. Получив кратковременное "райское наслаждение" от всяких "Баунти" и "Сникерсов", россияне очень скоро оказались в де-фолте.
http://www.rusk.ru/st.php?idar=114636
 
Категория: Русская Мысль. Современность | Добавил: rys-arhipelag (09.10.2009)
Просмотров: 893 | Рейтинг: 0.0/0