Приветствую Вас Вольноопределяющийся!
Четверг, 13.06.2024, 22:08
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Меню сайта

Категории раздела

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 4122

Статистика

Вход на сайт

Поиск

Друзья сайта

Каталог статей


Борис Талантов. СЕРГИЕВЩИНА ИЛИ ПРИСПОСОБЛЕНЧЕСТВО К АТЕИЗМУ (Иродова закваска). Часть 1.
Борис Владимирович Талантов родился в 1903 г. в Костроме. Отец его - священник - и брат погибли в лагерях. Сам Талантов подвергался преледованиям власти из-за своего происхождения. По профессии он преподаватель высшей математики. В 1954 г. вперыве был уволен с работы за религиозные убеждения. Вторично - в 1958 г. за посланную в "Правду" статью с протестом против произвола и беззаконий Советской власти (сталинской эпохи). Публично был объявлен "врагом народа". В 1960 г. Талантов шлет письмо в журнал "Наука и религия", в котором опровергает ложь антирелигиозной пропаганды. В 1963 г. пишет открытое письмо в "Известия" с протестом против массового разрушения памятников религиозного зодчества в Кировской (Вятской) области. талантов - автор и инициатор знаменитого "Открытого письма верующих Кировской (Вятской) епархии патриарху Алексию и всем верующим Русской Церкви" (1966 г.). В том же году он шлет статью в "Известия" - "Советское государство и Христианская религия". В 1967 г. Самиздат распространяет ниже приводимую статью Талантова - "Сергиевщина или приспособлчество к атеизму (Иродова закваска)", в которой он стоит на позициях, что "ложью нельзя защищать Церковь", и что приспособленчество способствовало потере подлинной свободы совести и превращению церковного управления (т.е. Московской патриархии) в послушное орудие атеистической власти.

Последние годы жизни Талантов отдал открытой и мужественной борьбе за свободу веры и совести, против преследования инакомыслящих, против беззакония судов, концлагерей и тюрем для политзаключенных. Но главным его призванием было защищать и отстаивать нашу веру и Церковь. 12-ого июня он был арестован, 1 сентября судим и приговорен к двум годам заключения в концлагерях. Перед судом и всеми присутствовавшими Талантов подтвердил верность своим убеждениям. Затем простился с родными и друзьями, так как по состоянию здоровья и возрасту знал, что не переживет каторги. За месяц до смерти из тюремной больницы он писал: "Я бодр духом и с благодарностью принимаю от Бога все горькие испытания". Борис Владимирович скончался 4-го января 1971 г. в тюрьме г. Кирова.

...................................................................................................................................................................................................................................................


В Англии вышла в свет книга Никиты Струве "Христиане современной России", в которой он, как и другие на западе, в общем одобряет деятельность Патриарха Сергия, сравнивая его даже с Сергием Радонежским и Патриархом Ермогеном. На западе Патриарха Сергия чуть ли не считают святителем Православной церкви в России. Такая неверная оценка деятельности Патриарха Сергия основана на том, что западным исследователям неизвестны подспудные факты и явления жизни Русской Православной Церкви. Корни тяжелого церковного кризиса, который сейчас обнаружился, были заложены именно Патриархом Сергием.

В своем обращении к верующим 19 августа 1927 года Митрополит Сергий изложил новые основы деятельности Управления Церкви, которые тогда же были названы Е. Ярославским "приспособлением" к атеистической деятельности СССР.

Приспособленчество состояло прежде всего в ложном делении всех духовных потребностей человека на чисто религиозные и общественно-политические. Церковь должны была удовлетворять чисто религиозные потребности граждан СССР, не затрагивая общественно-политических, которые должны были разрешаться и удовлетворяться официальной идеологией КПСС. В дальнейшем развитии это приспособленчество вылилось в теорию советских богословов, по которой коммунистический строй общества является единственным счастливым и справедливым, якобы указанным самим евангелием. При этом не допускалось никакой критики (обличения) официальной идеологии, порядков и действий властей. Всякое обличение действий гражданских властей или любое сомнение в правильности официальной идеологии считалось отклонением от чисто религиозной деятельности и контрреволюцией. Церковное Управление во галве с Митрополитом Сергием не только не защищало верующих и церковнослужителей, попавшших в концлагеря за обличения произвола и насилия гражданских властей, но и само с рабской угодливостью высказывалось за осуждение таких людей, как контрреволюционеров. По существу приспособленчество к атеизму представляло собой механическое соединение христианских догматов и обрядов с социально-политическими взглядами - официальной идеологией КПСС. Фактически вся религиозная деятельность свелась к внешним обрядам. Церковная проповедь тех священнослужителей. которые строго придерживались приспособленчества, была совершенно оторвана от жизни, а потому оказывала ничтожное лвияние на слушателей. В результате этого интеллектуальная, общественная и семейная жизнь верующих, воспитание молодого поколения остались вне церковного воздействия. Это таило большие опасности для Церкви и Христианской Веры. Нельзя поклоняться Христу и в то же время в общественной и семейной жизни говорить ложь, творить неправду, совершать насилия и мечтать о земном рае. Впоследствии приспособленчество к атеизму завершилось еретическим учением Х. Джонсона о новой религии, которая должна, по его мнению, заменить христианскую и явиться синтезом христианства и марксизма-ленинизма. (См. Х. Джонсон "Христианство и коммунизм" М. 1957 г.) Ныне абсурд учения Джонсона очевиден.

Обращение Митрополита Сергия 19 августа 1927 г. произвело тяжелое впечатление на всех верующих, как пресмыкательство перед атеистической властью. Одни мирились с ним как с неотвратимым злом, а другие решительно ывступали с осуждением его. Часть епископов и верующих откололись от Митрополита Сергия. Епископы, осудившие обращение Митрополита Сергия, ксоро были арестованы и сосланы в концлагеря, где они и умерли. Отколовшиеся верующие образовали так называемую ИПЦ (Истинно Православная Церковь), которая с самого начла ее возникновения и до настоящего времени является запрещенной.

Современные влиятельные атеисты рассматривают приспособленчество как модернизацию религии, политически полезную для КПСС и безвредную для материалистической идеологии. "Это (приспособленчество, наша вставка) - один из путей угасания религии" (Жур. "Наука и религия" №12, 1966, стр. 78).

Многие и у нас, и на Западе считали и считают обращением Митрополита Сергия вынужденным выступлением Церковного Управления, в целях сохранения во время деспотии И. Сталина церковных приходов и священнослужителей. Но это не верно. Коммунистическая партия увидела в этом обращении слабость Церкви, готовность нового Церковного Управления исполнять беспрекословно любые приказания гражданской власти, готовность выдать на произвол властей, под видом контрреволюционеров. церковнослужителей, дерзнувших обличать произвол и насилия. Вот как это оценил в 1927 г. Е. Ярославский: "С религией, хотя бы ее епископ Сергий прикрасил в какие угодно светские одежды, со влиянием религии на массы трудящихся мы будем вести борьбу, как ведем борьбу со всякой религией, со всякой церковью" (Е. Ярославский "О религии" Москва, 1957 г., стр. 155).

Объективно это обращение и последующая деятельность Митрополита Сергия была предательством Церкви. С конца 1929 г. и по июнь 1941 г. происхоило массовое закрытие и варварское разрушение церквей, аресты и осуждения тройками и негласными судами почти поголовно всех церковнослужителей, мнгие из которых просто были физически уничтожены в концлагерях.

В 1930 г. Папа Пий XI выступил перед мировым общественным мнениеем с протестом против преследования христиан в Советском Союзе. Как реагировал на все это Митрополит Сергий? Он в Богоявленском Соборе города Москвы с крестом в руках выступил с заявлением, что в Советском Союзе никакого гонения на верующих нет и никогда не было. Отдельных священников и верующих, по его заверению, судят не за веру, а за контрреволюционные выступления против Советской власти. Такое заявление было не только чудовищной ложью, но и низким предательством Церкви и верующих. Этим заявлением Митрополит Сергий прикрыл чудовищные преступления И. Сталина и стал послушным орудием в его руках.

Следует заметить, что, хотя большинство епископов в 1927 г. признавали Митрополита Сергия своим главой, однако в своей деятельности они не придерживались "Обращения" и в своих проповедях мужественно обличали произвол, беззакония и жестокость гражданских властей, призывали народ твердо стоять за веру и помогать гонимым. Поэтому они за свои проповеди скоро были посажены в концлагеря и там погибли. Конечно, много церковнослужителей и верующих было посажено в концлагеря без всяких оснований, как потенциально опасные элементы. В этих условиях мужественное выступление Митрополита Сергия в защиту правды и веры могло бы иметь большое значение для судеб Русской Православной Церкви, как большое значение имела для Польской Церкви мужественная борьба за веру и правду Кардинала Вышинского в конце сороковых годов.

Что же Митрополит Сергий спас своим приспособленчеством и чудовищной ложью? К началу Второй Мировой войны в каждой области осталось от многих сотен церквей 5-10, большинство священников и почти все епископы (за исключением немногих, сотрудничавших с властями подобно Митр. Сергию) были замучены в концлагерях. Таким образом, Митрополит Сергий своим приспособленчеством и ложью никого и ничего не спас, кроме своей собственной особы. В глазах верующих он потерял всякий авторитет, но зато приобрел благоволение "отца народов" И. Сталина.

Большинство оставшихся церквей не признавало Митрополита Сергия.

Обращние Митр. Сергия к верующим-гражданам СССР 22 июня 1941 г. было воспринято истинно верующими, как новое пресмыкательство перед деспотической властью и новое предательство интересов церкви. Все верующие в России считали и считают Вторую Мировую войну, как гнев Божий за величайшее беззаконие, нечестие и гонение на христиан, имевшее место в России с начала Октябрьской революции. Поэтому в час грозных испытаний не напомнить народу и правительству об этом, не призвать народ к покаянию, не потребовать немедленного восстановления церквей и реабилитации всех невинно осужденных граждан СССР было великим грехом, великим нечестием. Митр. Сергий опять явил себя послушным орудием атеистической власти, которая в этот момент хотела использовать в своих целях религиозные чувства своих граждан с наименьшими для атеизма уступками.

Восстановление церквей в определенных и узких пределах было государственной политикой И. Сталина, а не результатом деятельности Митр. Сергия. В то время в народе и в армии открыто говорили о коренных изменениях внутренних порядков в стране. Народ надеялся, что сразу после окончания войны будут объявлены: свобода занятий и в частности роспуск колхозов, свобода партий и свобода совести. Открытие церквей было той костью, которую И. Сталин бросил народу, утомленному войной и голодом. Само раскрытие церквей происходило под контролем госбезопасности. Эти же органы подыскивали часто священников из числа тех, кто остался на свободе или отсидел свой срок заключения. В Западной Украине были случаи, когда священники отказывались служить под началом Митр. Сергия, а позднее Патр. Алексия, и их те же органы водворяли в концлагеря. Во многих областях Патриархия и новые епископы никакого участия в открытии церквей не принимали. Были случаи, когда новые епископы под тем или иным предлогом даже противодействовали открытию церквей и иназначению в их приходы священников, сидевших в концлагерях. Восстановление церковной жизни было непоным, внешним и временным. С 1949 года КПСС стала незаметно переходить к новому давлению на Церковь.

Итак, открытие церквей в узких пределах не было делом рук Патриарха Сергия или Патриарха Алексия, но это открытие совершала сама атеистическая власть под давлением простого народа для успокоения его.

Патриарх Сергий, а позднее Патриарх Алексий, подобрали и поставили новых епископов, которые, в отличие от прежних епископов, погибших в концлагерях, как правило (были, конечно, исключения) были послушны Патриархам и хорошо усвоили Иродову закваску, т.е. приспособленчество к сильным мира сего. Вот как, например, выразил приспособленчество в своей проповеди 28 мая 1967 года Епископ Кировский Владимир: "Мы должны приспособляться к новым обстоятельствам и условиям жизни подобно ручейку, который, встречая на своем пути камень, обходит его. Мы живем вместе с атеистами и должны считаться с ними и не должны делать ничего, что им не нравится".

Интересно, что Б. В. Талантову в КГБ 14 февраля 1967 года сказали почти то же самое: "Вы, - сказал сотрудник КГБ, обращаясь к Талантову, - требуете открыть все закрытые церкви, но вы живете вместе с атеистами и должны считаться с их желаниями, а они не желают, чтобы были открыты церкви".

В серафимовской церкви города Кирова 20 января 1966 года - в день памяти Св. Иоанна Крестителя - один священник в своей проповеди сказал: "Иоанн Креститель всех очень просто учил - слушайтесь во всем начальников". Из этого видно, что новый епископ, усвоив приспособленчество к атеизму, стал послушным орудием в руках атеистической власти, и эт оявляется самым гибельным для церкви результатом многолетней деятельности Митрополита, а затем Патриарха Сергия.

Приспособленчество к атеистической власти ярко и четко изложено в книге "Правда о религии в России", изданной под редакцией Патриарха Сергия в последние годы его жизни при участии Митрополита (ныне Патриарха) Алексия и Митр. Николая. В этой книге Патр. Сергий и Митрополиты Алексий и Николай категорически утверждают, что в СССР никогда не было гонений на христиан, что сообщения западной печати об этих гонениях - злостные выдумки врагов советской власти, что епископы и священники с 1930 по 1941 гг. были осуждены советскими судами исключительно за свою контрреволюционную деятельность, и что само Церковное Управление в свое время было согласно с их осуждением. Чудовищная ложь этого утверждения видна уже из того, что очень многие священники, расстрелянные и погибшие в лагерях при И. Сталине, были реабилитированы при Н. С. Хрущеве. Самые мужественные борцы за правду и христианскую веру объявляются в этой книге раскольниками, политиканами и чуть не еретиками. Эта книга должна быть предана проклятию: она будет вечным позорным памятником Патриарху Сергию. И теперь мы с полным основанием приспособленчество к атеистической власти можем назвать именем Митрополита Сергия - сергиевщиной.

Спасло ли приспособленчество (сергиевщина) Русскую Православную Церковь? Из изложенного ясно, что оно не только не спасло во времена деспотизма И. Сталина Русскую Православную Церковь, но наоборот, способствовало потере подлинной свободы совести и превращению Церковного Управления в послушное орудие атеистической власти.

Категорическое отвержение Кардиналом Вышинским приспособленчества к атеистической власти и его последовательная и твердая борьба за Евангельскую правду и подлинную свободу совести првиела к тому, что сейчас в Польше Церковь действительно независима от государства и пользуется значительной свободой.

Итак, ложью нельзя защищать Церковь.

Приспособленчество - маловерие, неверие в силу и Промысел Божий. Приспособленчество не совместимо с истинным христианством, т.к. в основе его лежит ложь, угодничество сильным мира сего и ложное разделение духовных потребностей на чисто религиозные и общественно-политические. По учению Христа, вера должна направлять интеллектуальную, семейную и общественную жизнь каждого христианина. "Вы соль земли", "вы свет мира" (Мф. 5, 13-14), говорит Христос, обращаясь к своим последователям. В соответствии с этим Кардинал Вышинский говорит: "В Польше Церковь должна пронизывать все: книги, школу, воспитание, культуру народа... живопись, скульптуру и архитектуру, театр, радио и телевидение... общественную и экономическую жизнь".

(Цитируется по журналу "Наука и религия" №1, 1967 г.)

Ист.: http://church.ru:8101/eresi/talantov.htm, 2000 г.

 

БЕДСТВЕННОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В КИРОВСКОЙ ОБЛАСТИ И РОЛЬ МОСКОВСКОЙ ПАТРИАРХИИ

(ИЗ ОТКРЫТОГО ПИСЬМА БОРИСА ТАЛАНТОВА ОТ 10 НОЯБРЯ 1966 ГОДА)

 

"Вестник РСХД", №83, I - 1967 г.

 

Вопрос: В печати Западной Европы писали и пишут, причем часто в виде неполной информации, относительно отношений между Церковью и правительством Советского Союза. Можете ли Вы сказать нам, каково в настоящее время положение Православной Церкви в Советском Союзе?

 

Ответ: Положение Русской Православной Церкви было и остается совершенно нормальным. Вопросы отношения Церкви и государства разрешаются с помощью Совета по делам религии при Совете Министров СССР.

 

Русская Православная Церковь с благодатной помощью Божией спокойно и уверенно осуществляет свою спасительную миссию.

 

Алексий, Патриарх Московский и Всея Руси,
14 марта 1966 года, г. Москва.

 

(из ответов Патриарха Московского и всея Руси Алексия, на вопросы корреспондента итальянского издательства "Эдитори риунити" К.-М. Гаррубя. "Журнал Московской Патриархии", № 4, 1966 г.).

 

1. — МАССОВОЕ ЗАКРЫТИЕ И РАЗРУШЕНИЕ ЦЕРКВЕЙ
КИРОВСКОЙ ОБЛАСТИ ВО ВРЕМЯ АНТИРЕЛИГИОЗНОЙ
КАМПАНИИ 1959—1964 гг.

 

Как известно, антирелигиозная кампания 1959—1964 гг. была направлена прежде всего на массовое закрытие церковных общин и ликвидацию церквей (.молитвенных домов). Эта задача осуществлялась Советом по делам РПЦ (Советом по делам религии) и его уполномоченными на местах, при содействии местных властей.

 

В Кировской области закрытие церквей обычно производилось так. Областной уполномоченный Совета по делан РПЦ (Русской Православной Церкви) по своему произволу снимал с регистрации или переводил в другое место священника церкви, намеченной к закрытию. Затем он в течение 6—11 месяцев отказывался регистрировать в эту церковь священником кого-либо из предлагаемых кандидатов. Когда представители церковной общины спрашивали его, почему он отказывается зарегистрировать предлагаемых кандидатов, то уполномоченный резко говорил: "Я не буду вам давать отчета в своих действиях". Иногда он просто говорил верующим: "Не ходите, не просите и не уговаривайте. Я никого не зарегистрирую". Нередко бывало и так, что уполномоченный без всяких слов выгонял верующих из своего кабинета. За время с 1960 по 1963 г. областные уполномоченные Совета по Кировской обл. (Смирнов, Медведев, Ляпин) из 80 священников, служивших в 1959 г., 21 священника сняли с регистрации по своему произволу и никого не зарегистрировали вновь.

 

Пока церковь оставалась без священника, местные органы власти, посредством запугивания, старались принудить выйти из двадцатки нескольких членов, и это объявлялось распадом церковной общины. В то же время облисполком выносил постановление о закрытии церкви и передаче здания местному колхозу пли горсовет. Это постановление, в нарушение существующего законодательства, не объявлялось церковной общине, а посылалось в Совет по делам РПЦ. Последний, несмотря на протесты верующих, снимал с регистрации церковную общину и церковное здание передавал "под клуб" местному колхозу. Такое оформление закрытия церкви было вопиющим беззаконием, так как Совету по делам РПЦ из письменных жалоб верующих и от ходоков было хорошо известно, что церковная община не "распалась", что уполномоченный Совета отказывается зарегистрировать кого-либо священником в закрываемую церковь, и что церковное здание не требуется колхозу. Поэтому постановление о снятии с регистрации церковной общины и передаче церковного здания колхозу или горсовету не объявляли верующим. Верующие многих закрытых церковных общин в течение нескольких лет добивались того, чтобы им было показано это постановление, но они ничего не добились. Очевидно эти постановления держатся в строжайшем секрете потому, что они представляют собою вопиющее беззаконие.

 

Сама ликвидация молитвенного здания принимала форму грубого насилия. Она производилась под охраной милиции и дружинников, часто в ночное время. Верующие в храм не допускались.

 

Материальные ценности изымались без всякой описи. В Кировской области ликвидация молитвенных зданий всегда сопровождалась варварским разрушением интерьеров, сжиганием икон и утвари и хищением материальных ценностей.

 

После разгрома церкви верующие обычно в течение долгого времени посылали в центральные органы советской власти, Совет по делам РПЦ, Московскую патриархию и в центральные органы печати многочисленные протесты и жалобы, с требованием восстановить церковную общину и возвратить церковное здание.

 

В ответ на эти жалобы верующие-активисты, как организаторы жалоб, подвергались репрессиям: штрафу, разносу, судебным и административным преследованиям.

 

До настоящего времени эти жалобы не имели успеха; ни одна закрытая церковь не была восстановлена.

 

Приведем несколько типичных примеров, основаных на документальных данных.

 

***

 

ПРИМЕР 1-й. ЗАКРЫТИЕ И РАЗРУШЕНИЕ ЦЕРКВИ В СЕЛЕ РОИ АРБАЖСКОГО Р-НА КИРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

 

В глухом месте, вдали от железкой дороги и тракта, расположено маленькое село Рои, в котором была деревянная Александро-Невская церковь, построенная в 1888 г. Церковная община с. Рои была зарегистрирована в 1956 г. в законном порядке, имела необходимое число членов и церковный совет. Деятельность общины протекала в рамках советских законов. Община имела достаточный доход для содержания церкви и причта.

 

Однако, в 1960 г. руководители местного колхоза и сельсовета решили закрыть церковь села Рои. Для этой цели они сначала стали нажимать на местного священника Н. Щелчкова.

 

Так, в ночь на 12 сентября 1960 г. (накануне храмового праздника) они вызвали его в сельсовет. Там были: пред, сельсовета Журавлев, пред, колхоза П. П. Суслов и секретарь парторганизации И. Н. Злобин. Они угрожали ему расправой, если он останется в с. Рои. Потом они пошли в церковную сторожку, где по случаю храмового праздника ночевало несколько старушек. Начальники ночью выгнали на улицу всех старушек, не дав им даже обуться. Одна старушка, которая потеряла на войне мужа и сына, вынуждена была провести эту холодную осеннюю ночь на улице.

 

Уполномоченный Совета по делам РПЦ по Кировской области, со своей стороны, принял все меры к закрытию церкви. Так священник Н. Щелчков обратился к нему с просьбой: разрешить ремонт печи в церкви. На заявлении священника Смирнов написал: "Секретарю райисполкома. Не разрешайте ремонта печи".

 

(Следует заметить, что с начала 1960 г. церковным советам запрещено производить текущий ремонт церковных зданий без разрешения уполномоченного Совета. Несколько церквей Кировской обл. было закрыто только из-за того, что церковные советы перестлали пол в сторожках этих церквей. Таким образом, церковная община не может пользоваться своими деньгами для удовлетворения своих религиозных потребностей. Вот до какой степени была урезана в 1960 г. свобода совести!)

 

Из резолюции Смирнова стало сразу ясно, что он решил закрыть церковь в с. Рои.

 

Вскоре после этого свящ. Н. Щелчков получил анонимное письмо, в котором ему угрожали самосудом, если он не уедет из села. Под давлением этих угроз он покинул село.

 

---

 

Можно подумать, что это анонимное письмо не является еще большой угрозой. Но факты говорят о другом.

 

Так, в июле 1959 г. в с. Быстрица Оричевского р-на Кировской обл. местный священник Константин Гулин был приглашен в один дом причастить умирающую старушку. Его приход в этот дом заметил один местный пьяница-хулиган. Он вошел в дом, схватил одной рукой священника за бороду, а другой стал бить его по голове, приговаривая: "Убью тебя". Только присутствующие помогли священнику освободиться от пьяного хулигана и скрыться на чердаке дома. Тогда пьяный дебошир выбил в доме стекла и изломал всю мебель. Когда сельсовет узнал об этом, то вызвал священника К. Гулина и совершил над ним очередной разнос за то, что он ходит по домам верующих. Хулигану же сельсовет не сказал ни слова. Следует заметить для ясности, что К. Гулин — инвалид Отечественной войны, имеющий высокие воинские награды. Таких примеров можно привести очень много.

 

---

 

Выжив из села свящ. Н. Щелчкова. правление колхоза послало к три деревни агитаторов, которые возглавляли собрания.

 

Агитаторы предлагали закрыть церковь, но большинство собравшихся возражало против этого, а в протоколах собраний было написано, что верующие единогласно отказываются от церкви. Протоколы были утверждены пред, сельсовета Журавлевым, несмотря на протесты верующих.

 

На основании этих ложных протоколов, Совет по делам РПЦ по ходатайству Кировского облисполкома вынес постановление о закрытии церкви и передаче церковного здания колхозу для клуба, хотя в с. Рои был новый клуб.

 

Неожиданно 21 декабря 1960 г. в с. Рои прибыл секретарь райисполкома Бабинцев с другими работниками. Они вызвали старосту, 80-летнюю старушку, объявили ей устно о закрытии церкви и потребовали ключи. При этом ей угрожали конфискацией дома, если она откажется дать ключи. Овладев ключами, они вошли в церковь и здесь, запершись изнутри, сначала выпили 10 бутылок церковного вина и закусили кутьей, принесенной на панихиду.

 

Разгром церкви производили пьяные механизаторы колхоза. Пред, колхоза П. П. Суслов заказал для них пельмени с выпивкой и платил им из колхозной кассы по 5 р. за час.

 

При снятии крестов с церкви П. П. Суслов всячески оскорблял верующих, которые стояли вдали и плакали. Все иконы, утварь, колокола и другие материальные ценности были вывезены из церкви без описи и потом бесследно исчезли.

 

Через пять дней после этого (26 декабря 1960 г.) верующие подали жалобу на имя Л. И. Брежнева и вторую жалобу на имя Н. С. Хрущева. Жалобы подписали 380 верующих. В ответ на эти жалобы райпрокурор стал вызывать в район активистов-верующих и угрожать им различными репрессиями. Так, члена двадцатки, Токапеву Наталью Яковлевну, он вызывал в Арбаж за 18 км пять раз в течение полумесяца и угрожал ей тюрьмой. "Если бы это было в 36-м году, — сказал он ей, — то тебя бы увезли на черном вороне".

 

Возмущенная этими издевательствами, она подала 23-1-1961 года жалобу от себя лично Генеральному прокурору СССР, а верующие 29-1-1961 жалобу на имя Н. С. Хрущева, которую подписали те же 380 верующих.

 

В ответ на эти жалобы, в начале марта верующие получили от уполномоченного Совета по Кировской обл., Д. Л. Медведева, следующее сообщение:

 

"Село Рои Арбажского р-на т. Метелевой О. С.

 

"Сообщаем, что Ваши заявления, посланные на имя Н. С. Хрущева и Генерального прокурора СССР, получены.

 

"Разъясняем Вам, что Совет по делам русской православной церкви при Совете Министров СССР не находит оснований для пересмотра своего решения по вашему вопросу.

 

"Уполномоченный Совета по Кировской обл. Д. Медведев".

 

Желая на месте добиться восстановления своих прав, 7 марта 1961 г. верующие с. Рои, собравшись в количестве 500 человек, организованно пришли в районный центр с. Арбаж. Здесь они просили секретаря райисполкома Бабинцева провести официальное общее собрание для решения вопроса о восстановлении церковной общины с. Рои. Бабинцев направил их к первому секретарю райкома т. Видякину. Последний обещал им устроить такое собрание в с. Рои 9 марта и прислать на собрание инструктора райкома т. Семеновых и секретаря райисполкома Бабинцева.

 

9 марта верующие снова собрались в с. Рои. Вместо Семеновых и Бабинцева из Арбажа прибыл начальник милиции т. Зайцев. Верующие доказывали Зайцеву ложность протоколов, на основании которых была закрыта церковь, и требовали ее открыть. Зайцев согласился с доводами о ложности протоколов, но в отношении открытия церкви сказал: "Я не закрывал, я и не открою".

 

Поэтому 14 марта 1961 г. верующие подали третью жалобу на имя Н. С. Хрущева, а также письмо в газ. "Известия", в котором они просили послать корреспондента, чтобы убедиться в вопиющем беззаконии, посредством которого была закрыта церковь.

 

Вскоре после этого райсуд приговорил Н. Я. Токареву, как организатора верующих, к шести месяцам принудительных работ.

 

Возмущенные организованным административным нажимом, около 400 верующих собрались 25 апреля 1961 г. в село Рои и потребовали от руководства колхоза возвратить им церковь, иконы и утварь. Местные власти вызвали из с. Арбажа милицию и дружинников и к вечеру разогнали силой собравшихся. При этом разгоне пострадали следующие лица: 1) безногий инвалид Отечественной войны И. Петелин; 2) одна женщина из села Чекуши, ей повредили ногу; 3) Е. К. Посаженникова, ее таскали по земле за руки; 4) М. Шарова, ее беременную пинали в живот; 5) Н. Г. Махина; 6) Е. М. Халявина из гор. Кирова, случайно попавшая в с. Рои; ее били, арестовали и осудили на один год тюремного заключения. На многих верующих был наложен административный штраф. В этом избиении принимали активное участие: 1) районный следователь Жданов; 2) участковый милиционер Смердов; 3) пред. сельсовета Журавлев; 4) бригадир Краев; 5) кладовщик Стародубцев; 6) зам. пред, колхоза Н. М. Злобин; 7) животновод колхоза, 8) механик ремонтной мастерской С. Ф. Махнов.

 

Вскоре после этого руководство колхоза разрушило до основания деревянную Александро-Невскую церковь и тем показало, что требование отдать церковь под колхозный клуб было лишь благовидным предлогом для закрытия церкви.

 

В. А. Куроедов в своем интервью утверждает (газ. "Известия" 30 авг. 1966 г.): "Если деятельность той или иной организации протекает в рамках советских законов, она может существовать до тех пор, пока верующие сами не отойдут от нее".

 

Из изложенного ясно, что деятельность церковной общины села Рои протекала в рамках советских законов и верующие не отходили от нее, однако, она по решению В. А. Куроедова была лидвидирована и затем разогнана силой местными властями.

 

Следует заметить, что народные волнения в результате насильственного закрытия церквей в Кировской обл. были не в одном только селе Рои. Большое волнение произошло в с. Пищалье Оричевского р-на 22 октября того же 1961 г. Здесь организатор верующих, А. Г. Долгих, была приговорена народным судом к 2 годам лишения свободы (см. местную газ. "Путь к коммунизму" 14 января 1962 г.).

 

Судебно-административные репрессии к верующим-активистам применялись во всех закрытых церковных общинах Кировской обл.

 

---

 

Зачастую "героями" закрытия и варварского разрушения церквей Кировской области являлись невежественные, безответные и морально разложившиеся люди. Характерным в этом отношении является закрытие и разрушение церкви в с. Васильково Советского р-на, соседнем с селом Рои. Там на высоком берегу р. Вятки красовалась каменная Казанско-Богородская церковь, построенная в 1798 г.

 

Колхозом "Красный Октябрь", на территории которого расположено с. Васильково, управлял тогда Аркадий Васильевич Гребнев. За время своего недолгого управления колхозом он построил себе в с. Васильково богатый особняк с многими надворными; постройками. Управлял он колхозом как самодур помещик, беспросыпу пьянствовал по многу дней в любое время года и вел безнравственный образ жизни.

 

О его самодурстве свидетельствует, например, такой факт. Однажды он пришел в магазин и видит, колхозники-пенсионеры стоят в очереди за хлебом. Дико посмотрел он на них и потом скомандовал продавщице: "Этим дармоедам не продавай хлеба".

 

Желая выслужиться перед областным начальством, которое тогда проводило кампанию закрытия церквей, А. В. Гребнев стал хлопотать о закрытии Казанско-Богородской церкви и передаче ее для колхозного дома культуры.

 

В. А. Куроедов, несмотря на протесты церковной общины, церковь передал колхозу. Воспользовашись этим, А. В. Гребнев в августе 1962 г. ее варварски разгромил и присвоил себе часть церковного имущества.

 

Никакого колхозного дома культуры, конечно, из Казанско-Богородской церкви не было устроено. Теперь она представляет собою обезображенный остов здания.


Источник

Категория: Террор против Церкви | Добавил: rys-arhipelag (20.10.2012)
Просмотров: 870 | Рейтинг: 0.0/0