Приветствую Вас Вольноопределяющийся!
Суббота, 22.06.2024, 20:02
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Меню сайта

Категории раздела

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 4122

Статистика

Вход на сайт

Поиск

Друзья сайта

Каталог статей


Н.Н.Смоленцев-Соболь. ИЖЕВСКОЕ ВОССТАНИЕ. Часть 7. БОЙ НА ГОЛЬЯНСКОМ НАПРАВЛЕНИИ
БОЙ НА ГОЛЬЯНСКОМ НАПРАВЛЕНИИ

Очевидно, что тот фланговый удар, что шел на с.Завьялово и от него, с юго-востока - по Ижевску, был все-таки достаточно неожиданным. Само Завьялово было сходу занято красными. Они сделали его плацдармом для дальнейшего наступления. Здесь разместился красный артдивизион, обоз, телефонисты, околодок. Отсюда колонны латышей, матросов и китайцев устремились на город.

В самом Ижевском практически никого не осталось. Д.Федичкин с отборными ротами ушел встречать главные силы Антонова-Овсеенко на железной дороге. С юга, со стороны Завьялова, Ижевский оказался беззащитен. Об этом тут же сообщили в Штаб обороны местные крестьяне.

По свидетельствам мемуаристов, начальник Штаба, подполковник А.Власов был вынужден с несколькими чинами Штаба бегать по улицам и собирать, кого возможно. Было ясно, что этот фланговый удар красных мог опрокинуть повстанцев.

Под команду А.Власова собрались все, кто мог: фронтовики, рабочие, которые не были в смене, гимназисты и учащиеся ремесленной школы, чиновники и даже два бывших городовых. Пришли также легко раненые. К отряду присоединился и член Учредительного собрания В.Бузанов - рядовым бойцом. Всего набралось около 200 человек. Наскоро сколотились в неполные взводы. В то же время скрытно выдвинули группу подрывников - они заложили на дороге мощные фугасы.

Красные были уже в одной-двух верстах от города. Их пушки уже были выкачены на открытые позиции против города и ударили по Ижевску.

Немногочисленный отряд А.Власова быстро пошел им навстречу. Не задерживаясь ни на миг, бросились в атаку, крича яростное «Ура!» Противник был ошеломлен. Каратели были уверены, что от Завьялова до Ижевска они не встретят сопротивления. Неожиданно перед ними выскочили разъяренные Ижевцы, штыки примкнуты, винтовки и карабины бьют без устали. Тысячный отряд латышей, матросов и китайцев был смят. Красные побежали в панике.

Как сообщалось позже в газете «Ижевский Защитник», повстанцы начали их преследование. Часть отряда в количестве 24 (!!!) человек обогнали собственные цепи и гнали красных все 14 верст до Завьялова. В это же время подрывники сделали свою работу: фугасы были взорваны прямо под повозками и артиллерией красных. Можно представить ужас латышей и китайцев. Таких русских они еще не встречали на своем палаческом пути.

В Завьялово, как было сказано, стоял обоз красного отряда. Добежав до села, большевики и интернационалисты решили было, что тут у них будет их крепость. Они даже перегруппировались и попытались произвести контр-атаку.

Однако те же 24 Ижевца безо всякого сомнения жахнули по ним залпом и кинулись вперед, сминая и докалывая врага. Каратели побросали винтовки и продолжали свое паническое бегство.

В результате этого беспримерного рейда было взято в с.Завьялове: 250 винтовок, 170 снарядов, более 60 телег, повозок, большое количество патронов, снаряжения, обмундирования и несколько походных кухонь.

По телефону из Завьялова повстанцы затребовали свой Штаб обороны: нужно подкрепление, пошлите роту! Не можем же мы, в количестве неполного взвода, гнать тысячные банды до самых Гольян.

Всех участников этого беспримерно боя Штаб обороны представил к высшей награде: Георгиевской ленточке. Поименно их список:

Анисимов С., Бабушкин (дальняя родня тому, чекисту, - и полная противоположность по духу), Белкин А., Борисов Г., Бузанов В., Власов А., Горев П., Двоеглавов А., Епифанов А., Иванов Г., Иванов Л., Исаев Ф., Кирпичников М., Коробейников М., Кузнецов П., Лазовский А., Леньков А., Пименов П., Савинцев И., Смоленцев Г., Федотов Н., Чернышов С., Чернявский В., Южанов А.

Что же происходило на главном направлении красного удара, на Гольянском шоссе и железной дороге?

Куракинцы, охранявшие шоссе, смело ввязались в бой - прямо под вечер 17 августа. Антонов-Овсеенко приказал развернуться своим батальонам и окружить смельчаков. Куракинцы, истинные вятичи, пощелкали из карабинов сколько могли, выбили несколько десятков красных и - неожиданно! - исчезли. Растворились в громадном лесу вокруг Ижевского, будто их и не бывало.

До Ижевского оставалось 18 верст. Антонов-Овсеенко собрал командиров. Те, что были из местных, заявили, что это безумие - наступать на город через лес под вечер. Столетние черные ели могли укрыть тысячи и тысячи Ижевцев. Наступление возможно продолжаться только по шоссе, следовательно - надо ждать утра. К тому же от с. Завьялова прибыли сильно потрепанные каратели, сообщили, что «Ижевцы - это звери!» Дороги они взрывают, одному на двадцать напасть - ничего не стоит, пленных не берут, сами не сдаются, раненых большевиков докалывают.

Идти на Завьялово Антонов-Овсеенко не решился. Там, конечно, теплые дома крестьян, еда, питье. Но там же «эти звери» Ижевцы. Сколько их, никто не знает. Однако если отряд в 1000 штыков побежал от них, значит, немало.

Этот болван решил стать на ночлег просто в чистом поле, благо вроде бы погода установилась. Так и сделали латыши да мадьяры, да люмпены (нем. одетые в тряпки) с матросами. Натащили хвороста, разожгли костры.

Возможно, костры и собравшиеся вокруг них толпы дезертиров в Петрограде в октябре 1917 года и выглядели устрашающе. Так что Временное правительство, вместо того чтобы разогнать этот сброд и раскидать головни, решило отсидеться в Зимнем Дворце. Тут-то Антонов-Овсеенко и проявил себя, захватывая телефон-телеграф-почту-банки-и-мосты... Но Ижевский Завод августа 1918 года - это не Петроград без власти. А Ижевцы - не министры-масонишки.

Обложив секретами и наблюдателями весь антоновский табор, штабс-капитан Куракин послал своих бойцов в город и к основным силам Ижевцев. Дислокация красных - как на ладони. Количество легко прикинуть по кострам. Сила, конечно, страшная. Но так и мы не вчера родились!

Как и в бою под Завьяловым, Ижевцы выслали группу подрывников. Во главе подрывной команды стоял техник В.Аксенов. Под покровом ночи они закопали на шоссе мощные фугасы.

Полковник Д.Федичкин всю ночь и следующее утро продолжал комплектовать роты. «Народная армия» выросла сразу на 600 человек в дополнение к тем, что уже были. Вместе с отрядом артиллерийских чиновников и техников Куракина это была уже сила, которая могла по крайней мере сдержать противника.

Утром 18 августа каратели продолжали движение на Ижевский. К 2 часам дня вошли в лес по шоссе. Раздались ужасающей мощи взрывы. Это подрывники сделали свою работу. Несколько подрывников были пойманы большевиками и тут же казнены. Однако потери у красных были тяжелые: убитыми и ранеными до 200 человек, много лошадей было выведено из строя, переломаны повозки и телеги. И главное, был нанесен моральный удар. Антонов-Овсеенко с его бандитами познали на своей шкуре, что Ижевск им просто так не дастся.

Объединенный отряд Федичкина и Куракина встретил врага плотным ружейным и даже артиллерийским огнем - единственная пушка Ижевцев сделала 6 выстрелов, затем ее заклинило. Однако огонь из карабинов и винтовок был для красных убийствен.

Тем временем из города на боевые позиции подходили и подходили вновь сформированные роты. Д.Федичкин старался использовать лесную местность для маскировки, для маневра, для атак и контр-атак. Главная задача была поставлена по-военному четко: окружить противника в лесу и уничтожить его!

Капитан Цыганов со своим отрядом получил приказ обойти красных с левого фланга. Штабс-капитан Перевалов со своей колонной должен был углубиться в лес справа, обойти противника и отрезать ему отступление. Штабс-капитан Терентьев со своей усиленного состава ротой должен был стоять прямо перед карателями и бить их лобовой атакой.

Ничего не видя, ничего не понимая, но почуяв свой неизбежный конец, красные попытались взять круговую оборону и с боем выйти из леса к Ижевску. Все восемь орудий стали изрыгать огонь. Все тридцать два пулемета застрекотали. Тысячи винтовок били и били во все стороны. Снаряды валили громадные ели, пули секли ветви.

Ижевцы отвечали прицельным огнем. Старались не попадаться на глаза врагу, закапывались, забирались на деревья и оттуда выбивали краскомов, маневрировали, прятались. Каждый шаг вперед для красных был завален трупами латышей и китайцев.

Снова наступила ночь. Ижевцы неумолимо сжимали кольцо вокруг карателей. Антонов-Овсеенко понял, что его карьере «красного Наполеона» пришел фитюк. Еще немного, и «эти звери» вытащат его из Руссо-Балта и повесят на ближайшем суку. Он не стал дожидаться развязки. Ночью, с частью конных и артиллеристами, просочился через Ижевцев и дал чесодрала, только его и видели.

Д.Федичкин так описывает финал этого боя:

«К рассвету 19 августа противник расстрелял все патроны и снаряды, и стрельба затихла. Ижевцы бросились на обессиленных красных с громким криком «ура!» и добили насмерть всех раненых большевиков. Ижевцы в этом бою разбогатели пушкой, пулеметами, награбленным большевиками золотом и массой коммунистической литературы, которую тут же в лесу сожгли дотла».

Совпартисторики, опираясь на данные Центрального госархива сов.армии, описывают этот бой коротко: «В тот день 19 августа он (Антонов-Овсеенко) достиг окраины Ижевска. Бой шел у д.Карлутка, но отряд был разбит мятежниками, потерял половину пулеметов и одно орудие».

Это была крупная победа Ижевцев!

В этот день колокола Михайловского собора и церкви Александра Невского на Набережной радостно звенели, как на Пасху. Семьи встречали своих защитников со слезами на глазах, с иконами, с крестным ходом навстречу.

Возможно в этот день Ижевцы, превозмогши муку смертную, ощутили себя под защитой Господа нашего. Они утвердились в своей правоте. Мемуарист вспоминает, как шли по улицам города, по Трактовой и Старой, по Куренной и Троицкой, по Седьмой и Девятой, по Пятой и Тринадцатой, по Овчинникову, Бодалевскому, Прасовскому и Моклецовскому переулкам группы бойцов и офицеров, а из каждого дома выходили к ним старики-кафтанники, выносили чарочку, с поклоном просили отведать, звали в дом, крестились и молились. И удальцы куракинцы, терентьевцы, «техники», уже приняв, может, с дюжину стаканчиков, громко отвечали, поднимая перст к небу: «Не в силе Бог, а в правде! Он-то все знат, не сразу выдаст, но знат...»

Сразу за разгромом 6-тысячного отряда Антонова-Овсеенко последовало очищение всей территории между Ижевском и Воткинском. Отряд Куракина молниеносным броском вышел на пристань Гольяны, сбив с нее красных. С севера появились отряды воткинцев. Установилась прочная связь между двумя центрами Обороны. Зато между 2-ой советской армией, чей штаб размещался в Сарапуле, а затем в Вятских Полянах, и 3-й советской армией, получился разрыв на сотни верст.

Этот разрыв ширился. Среди советских главарей началась паника. 21 августа 1918 года наштарм-2 Блохин бежит из Сарапула, а через два дня в перехваченном телефонном разговоре признается: «Гольянская группа... наголову разбита и пришла в состояние полной небоеспособности... Мензелинский батальон (посланный к район Воткинска, на пристань Галево - Н.С.-С.), около 700 штыков, отказался идти против Ижевска...»

В данном случае, под словом «Ижевск» уже имелось в виду район Ижевского и Воткинского заводов, сел между ними и прилегающих волостей и уездов.

Чеверев со своей бандой был отброшен от Агрыза к Сарапулу. Там он обнаружил, что штаба армии, как такового, уже нет. Зато все тащат, кто что может. Чеверевцы приняли в грабеже участие. При первом же известии, что на Сарапул идет отряд Ижевцев, красная шпана подхватила свои манатки, погрузилась на все, что могло держаться на воде, и поплыла прочь.

"ЛАПОТНАЯ” РУСЬ ПРОТИВ КОМИССАРОВ В КРАГА (часть 2-я)

Восстание в Ижевском 8 августа 1918 г. было словно бы сигналом, по которому поднялась в более яростном сопротивлении и село. Первые бои под Ижевском показали, что рабочие поставили на карту жизнь и смерть. Нет больше сомнений. Будут драться за свой Завод отчаянно. Об этом, возвращаясь из Ижевского, рассказывали крестьяне Глазовского, Сарапульского, Малмыжского уездов. Как мы помним, животворная связь между сельским населением и Заводом не прерывалась никогда.

Уже к середине августа десятки очагов крестьянского сопротивления большевицким мародерам слились в одну полыхающую полосу вокруг Ижевского. Эта полоса центробежно росла и расходилась, захватывая все новые волости и уезды. Не проходит и двух недель, как уже в радиусе 50-100 верст по селам и деревням начинается повальное свержение советско-комиссарской власти, всего этого косоглазого, косорылого и картавого "интернационала".

Сразу же налаживаются взаимовыгодные военно-экономические отношения. Ижевск дает селу винтовки, посылает кадровых военных. Даже в количестве нескольких человек на волость, фронтовики оказывают огромное влияние на самосознание крестьян. Они организуют отряды самообороны и крестьянские дружины. Обучают мужиков приемам боя, разведке, обороне, атаке.

В ответ село направляет в город обозы с хлебом, крупами, мясом, маслом. В дальнейшем, по деревням организуется сбор теплых вещей для Ижевцев. Большое количество крестьян едет в Ижевский на своих телегах и бричках, оказывая траспортные услуги повстанцам. Отмечено в этом активное участие удмуртского и татарского населения. По волостям организуется пополнение конного состава - табуны лошадей направляются с юга и запада, это уже татары и башкиры поддерживают русский город-завод Ижевск. Что очень важно, это отклик села на призыв Ижевцев в живой силе.

Мобилизацию, как таковую, по деревням Ижевску было бы не поднять, однако старики на своих сходах решают: ребята должны послужить, должны вступать в Народную Армию.

То, о чем постоянно болтали большевики, о спайке пролетариата и беднейшего крестьянства в установлении их власти, идеально произошло в кровном родстве Ижевских рабочих-оружейников и крестьян Вятской губернии - только против большевицкой власти.

КРЕСТЬЯНСКИЕ ОТРЯДЫ - ФРОНТЫ ИЖЕВЦЕВ

Если на правом, безлесном берегу Вятки крестьянские отряды и степановцы стали терпеть поражение, то в нашей лесной сторонушке каратели и комиссары в августе-сентябре 1918 г. получали все сполна, мало не казалось.

К северу от Ижевска, в Глазовском уезде поднялись крестьяне Святогорской, Афанасьевской, Васильевской, Быковской, Юкаменской волостей. Как раз там большевики предпринимали попытки с июня 1918 г. создать свои "коммуны": лошадей, коров, коз, овец, домашнюю птицу, запасы продовольствия - все в единое пользование. Заодно и баб помоложе, и девок! И выдавать их по разнарядке особо отличившимся борцам за революцию. Сказано же: коммуния!

Селяне возмутились: а рожа не треснет?

В большом селе Афанасьевском Глазовского уезда в начале августа 1918 г. крестьяне сорганизовались в отряд. Набежало более 500 человек. Желание одно: защищать свою землю. Вооружение было аховое: в лучшем случае пулевые "берданы", а так - дробовики, косы, топоры, рогатины, да гири на цепях - местный кузнец наковал, услышав, что такими же гирями в Ижевском вооружаются.

Отправившийся туда помощник уездного комиссара А.Соболев и красноармейцами был встречен боем. Соболев и 6 солдат были убиты.

Большевики и советчики рассыпались по лесам. На русских крестьян они попытались натравить удмуртов из окрестных деревень. Согнали несколько сот. Удмурты посмотрели да послушали странных людей. Потом исчезли. Всего и набрали большевики 20 человек.

Тогда подавлением афанасьевцев занялись большевики из Глазова. Они прислали мобилизованных из Омутнинского и Песковского заводов до трехсот человек под командой некоего Бабурина. Многие из "рабочих-омутнинцев", как рассказывает современник, оказались "косоглазы и желтолицы, и все в красных рубахах". Это были китайцы. Им были приданы подразделения из 154-го запасного полка, дислоцированного в Глазове.

Китайцам, как полагается, объявили, что будут платить за каждую голову. Они восприняли это объявление буквально. Зверства китайцев, мадьяр и латышей вызывали психологический шок. После китайских рот оставались обезглавленные трупы. Занимая деревню, каратели расстреливали крестьян, а косоглазые потом отрезали головы казненных и собирали их в мешки. Эти мешки возили с собой, чтобы позже получить свои 10 рублей за голову. Латыши и мадьяры жгли деревни, засылая вперед лазутчиков, травили колодцы. Все эти иностранцы вызвали особую озлобленность у русского населения.

К северо-востоку от Ижевска, в Оханском уезде Пермской губернии, 18 августа восстали крестьяне Сепычевской, Григорьевской, Бубинской, Путинской и Ново-путинской волостей. Причиной восстания было объявление мобилизации в красную армию. Восставшие взяли г.Сепыч, часть военкомовских и советских работников была перебита, часть была публично выпорота.

Таким образом, удачное восстание рабочих в Воткинске 17 августа 1918 г. распространилось дальше, захватывая территорию Пермской губернии. Разумеется, все планы ЦК, ЦИК-а и прочей большевицкой картавни по выкачке хлеба из северо-восточных губерний оказались сорваны.

А.Шлихтер пишет Ленину в августе 1918-го: "Восстание на Ижевском заводе, авантюра Степанова, полное прекращение движения транспорта по Казанско-Екатеринбургской железной дороге и по рекам Вятка и Кама сделали совершенно невозможными дальнейшие заготовки... В настоящее время, в виду занятия Ижевска, Камских пристаней бандитами, жестокого обстрела, пароходы нет возможности вывести".

Ленин отвечает Шлихтеру: "24.08. Вятка. Шлихтеру. Вы остались в Вятке в главном для энергичнейших продовольственных операций в связи с успешно идущим подавлением кулацких восстаний к югу от Вятки в целях беспощадного истребления кулаков и конфискации у них всего хлеба".

Вчитайтесь внимательно в эти слова главаря партии и советского государства. Он определенно указывает Шлихтеру: требую энергичнейших продовольственных операций! Цель - беспощадное истребление крестьян-хлеборобов и конфискация ВСЕГО хлеба. Куда как прозрачно!

А раньше, 10 августа 1918 г. им же отправлена такая телеграмма в Пензенский губисполком:

"Товарищи! Восстание пяти волостей кулачья должно повести к беспощадному подавлению. Этого требует интерес всей революции, ибо теперь взят "последний решительный бой" с кулачьем. Образец надо дать.

1) Повесить (непременно повесить, дабы народ видел) не меньше 100 заведомых кулаков, богатеев, кровопийц.

2) Опубликовать их имена.

3) Отнять у них весь хлеб.

4) Назначить заложников - согласно вчерашней телеграмме.

Сделать так, чтобы на сотни верст кругом народ видел, трепетал, знал, кричал: душат и задушат кровопийц кулаков.

Телеграфируйте получение и исполнение.

Ваш Ленин.

Найдите людей потверже".

Да, именно так. Крестьянина убить, выжечь деревню, "чтобы на сотни верст кругом народ видел, трепетал", хлеб забрать, отослать в Москву и Питер.

Оттуда большевицкие "дельцы" перенаправят продовольствие на Запад, продадут за бесценок торгашам и биржевикам Германии, Австрии, Франции, Бельгии, Великобритании. Пусть за бесценок, но много. Так наберут коммунисты необходимые суммы для выплат мистеру Я. Шиффу и его соплеменникам из Нью-Йорка.
 
"ВЕРНОСТЬ"
Категория: Красный террор | Добавил: rys-arhipelag (06.05.2010)
Просмотров: 1026 | Рейтинг: 5.0/2